Антология советского детектива-30. Компиляция. Книги 1-20

Мычит в жутком предчувствии Леха, давит его к земле усталость — не проснуться.

Погасло искристое зарево, покоится Леха на хрустких мхах, а в соснах снова светлеет. И видится Лехе человек в погонах, только вместо лица — черный провал. Участковый, убитый его руками. Идет он прямо к огню.

— А-а-а, — рычит в страхе Крест, пытается вскочить на ноги или уползти в чащу и не может, держат его мхи, пеленают. Вспомнил о пистолете, полетели огненные шмели навстречу призраку, но нет им преграды, проходят, словно сквозь воздух. А тот уже рядом, и тоже тянет к Лехе руки...

Проснулся Крест в холодном липком ознобе, не унять дрожь по телу. Стыл еще в кроне деревьев его крик. Уйти, уйти с неуютного места. Сунул руку за отворот фуфайки. Огонька скорей раздуть, раздвинуть темноту...

Снова потрескивали сучья. Бездымные красно-желтые языки жадно лизали лапник. Проступали из темноты сизоватые сосны, посверкивали медной чешуей. Коротал Леха без сна остаток ночи, озирался, слушал непонятные шорохи.

ГОСТЬ ИЗ УФЫ

И вот он, этот загадочный «четвертый», Садык Рахметжанов в жизни, Юсуп в преступном мире, последняя пустая клеточка. Он, кому же быть иначе. Почти шестьсот километров без сна проехали по железной дороге с ним ребята. Доставили в этот кабинет.

Юсуп сидел безмолвно и спокойно, как будто все происходящее вокруг его не касалось. Покоились на коленях большие ладони. Голубой с блестящей ниткой костюм, оранжевая рубашка оттеняли светло-шоколадный цвет кожи. А лицо — словно начал лепить мастер, да что-то помешало ему закончить работу. Торопливой работы лицо. Все из острых граней, от скул до подбородка, до крутого лба, приплюснутого висками.

Приглядывался Алексей: «Кто же из вас двоих убил Синцова? Ты или Крест?» Не торопился с вопросами, тянулось молчание. И эта чересчур затянувшаяся пауза, неопределенность сбивали с толку задержанного. Уже не раз ловил беспокойство в его глазах Коротков. Хотя, что там. Глаза были почти непроницаемы.

Коротков не готовился к этой встрече. Хотелось просто «горяченьким» повидать Юсупа, определиться в отношениях с ним прямо на месте. И с первых минут осознал: орешек, с наскока ядрышко не добудешь. С тревогой прикидывал: конкретных фактов против Юсупа нет. Разве что Пашка. Но как поведет он себя, когда узнает об очной ставке с другом брата? Вероятней всего, что испугается этой встречи. А время не ждет. Весомой уликой явилось бы — подтвердись пребывание Юсупа в тот трагический день в их городе. Сейчас оперативные работники опрашивают таксистов, водителей автобусов, работников автостанции, железнодорожного вокзала, аэропорта. И десятки людей вглядываются в небольшую фотографию стриженного наголо парня, обращаются к своей памяти. От одного слова «да» зависит многое. Услышать бы это слово.