Антология советского детектива-30. Компиляция. Книги 1-20

– Не тратьте силы, Александр Иванович, – покачал голо­вой Грошев. – Посмотрите как следует окоп.

Радкевичиус сразу определил особенности окопа:

– Это окоп сорок первого года. Его правая сторона засыпана, и по засыпке прошел танк. Очевидно, уже во время на­ступательных боев. Значит, в окопе либо захоронили безвест­ного солдата, точнее красноармейца, в те годы солдат еще не было, либо…

– Вот именно! Так вот это мы и проверим. Дайте щуп, Александр Иванович, – попросил Грошев.

– Но ведь окоп – это заметно! На это сразу обратят вни­мание.

– Как раз наоборот. Давайте порассуждаем. Чтобы выко­пать тайник, нужно время. Окоп – готовый тайник, его нужно только зарыть. Кто из посторонних людей обратит внимание на полузарытый окоп в местах жестоких боев? По-моему, никто. Их слишком много вокруг, этих полузарытых окопов. Ну, а если обратят? Решат, что здесь или захоронение, или мина, – лучше не тревожить. И правильно решат. Возиться с обвалившимися окопами или землянками всегда опасно. Мало ли какие взрыв­ные сюрпризы устанавливали в них во время боев. Саперы обеих сторон пускались на любые хитрости. Значит, окоп наиболее подходящ для тайника. Особенно если его устроитель спешил.

– Да, но под кустом…

– Вот. А теперь разберем этот вариант. Чтобы располо­жить тайник под кустом, нужно вырыть яму, уложить то, что требуется спрятать, зарыть, наверху посадить куст, выбросить подальше оставшуюся землю… И все-таки полной уверенности у строителя такого тайника не будет: куст может не прижиться. Главная отметка исчезнет. Тайник затеряется.

– Что ж… Действуйте, – нехотя согласился Тихомиров, передавая щуп Николаю.

Грошев чуть не ответил: «Слушаюсь». Только теперь он понял, что, рассуждая, он, в сущности, докладывал инженер-подполковнику свои соображения. И то, что как-то так получи­лось, что они постепенно поменялись ролями и Александр Ива­нович словно принимал решения, а Николай их выполнял, даже не вызвало улыбки: все правильно. Солдат всегда солдат и звание всегда звание.

Николай медленно подошел к старой, заброшенной дороге, заглянул в окоп и, чуть помедлив, прикидывая, все ли он про­думал, спрыгнул вниз. Первый же укол щупа у стенки окопа насторожил его: щуп уперся во что-то твердое. Николай сделал еще один укол, и щуп опять уткнулся в твердое.

Как ни старался Грошев быть спокойным и собранным, сердце у него заколотилось, а во рту пересохло. Он выпрямил­ся, чтобы перевести дыхание. Биолог спросил:

– Есть?"

"Шершавый язык, кажется, не мог повернуться во рту, и Грошев только кивнул, нагнулся и стал оконтуривать уколами находку. Получился довольно солидный квадрат. Вытирая разом выступивший пот, Николай осторожно сказал:

– Похоже, нужно копать.