Антология советского детектива-16. Компиляция. Книги 1-20

Они прошли в комнату сестры-хозяйки, где Каширин надел белый халат, затем долго шли по длинному коридору и остановились у палаты № 7. «Степан когда-то считал семерку счастливой цифрой», — с горечью подумал Каширин и вслед за Станиславом Николаевичем переступил порог комнаты. Он слышал, как от волнения у него стучало в затылке, и сердце сжималось и замирало.

Никитин лежал в палате один. Это была большая, светлая комната с широким венецианским окном в парк. Степан мало изменился, только побледнел и немного осунулся. Когда они вошли и главврач отпустил медсестру, Никитин открыл глаза. Казалось, на мгновение в них мелькнул живой интерес, но это, очевидно, только показалось… Он смотрел безучастным, невидящим взглядом, и только пальцы его были неспокойны — он расстегивал и застегивал пуговицу на пододеяльнике.

Так молча, в какой-то скорбной паузе, они постояли около больного, потом Каширин спросил:

— Разрешите, Станислав Николаевич, побыть мне несколько минут у больного?

— Пожалуйста. Ему это, того-этого, не повредит. Я скажу дежурной сестре, — согласился главврач и вышел из палаты.

Оставшись наедине с больным, Каширин прикоснулся к безвольно лежащей руке Степана, пожал ее и вдруг… почувствовал ответное пожатие.

— Мы одни, Сергей Васильевич? — очень тихо, но внятно спросил Никитин.

Каширин хотел ответить и не мог… От волнения и неожиданности у него перехватило дыхание.

— Не сердись, Сергей Васильевич, иначе поступить я не мог. Мое ранение не случайность, а второе покушение. Если бы оно не удалось — Гуляев бы скрылся.

Полковник Каширин понимал и одобрял поступок майора Никитина. Но Сергей Каширин, уже почти пережив всю тяжесть утраты друга, не мог простить ему этой мистификации.

— Не понимаю, Степан, как тебе удалось провести врача? — так же тихо спросил его Каширин.

— Ночью, когда меня привезли в больницу, я легко провел дежурного врача. «Контузионный синдром и отдаленные результаты повреждения черепа» — тема диссертации Ксении. Я отлично помню ее врачебные наблюдения над ходом болезни и старался возможно точно их воспроизвести. Но утром главврач быстро меня разоблачил. Пришлось довериться ему и рассказать все…

— Как! — воскликнул Каширин. — Главврач знает обо всем и чуть не уморил меня своей диагностикой?!.

— А ты как назвался?

— Мужем твоей сестры…

— Как же ты хотел, чтобы он тебе доверился?!. Здесь был у меня сегодня утром Роман Тимофеевич, мы совещались втроем, и он поручил Станиславу Николаевичу охранять меня от всяких случайных посетителей.

— Как все это произошло?

— Я расскажу все по порядку. Чтобы нам не помешали, Сергей Васильевич, в ручку двери вставь ножку стула, это отлично помогает.

У Каширина потеплело на сердце, он прижал к себе Степана, похлопал его по спине.