Антология советского детектива-16. Компиляция. Книги 1-20

Глаша закрыла дверь, пододвинув табурет, села рядом с ним, сложила на коленях руки и доверчиво улыбнулась.

На лице Глаши можно было прочесть откровенное любопытство и самую искреннюю доброжелательность. Ее по-детски полные губы чуть приоткрыты в улыбке. С губами улыбаются и глаза, собирая в уголках множество мелких складочек.

Они не виделись с того самого вечера, когда Глаша подстерегла его возле дома, чтобы предупредить о провокаторе Дегтяреве. Прощаясь, он тогда сказал ей: «Прошу вас без очень большой нужды не искать со мной встречи». Но пришло время, и он ищет этой встречи:

— Меня привело к вам, Глаша, неотложное дело... — сказал он, преодолевая неловкость.

Сквозь глубокий вырез ее ситцевого платья был виден ворот полотняной рубахи с вколотыми иголками и цветными нитками. Сдерживая волнение, Глаша поднесла руку к вороту и стала разматывать с одной из иголок нитку и наматывать вновь..."

"А Николай молчал, остро ощутив опасность того, что собирался ей предложить. Он явственно представил себе Глашу на допросе в гитлеровской контрразведке, ее беспомощно вывернутые тонкие руки...

— Вы сказали, неотложное дело... — нарушила Глаша молчание.

— Помните, в июне, когда я пришел впервые, — начал Николай, — вы еще вышли ко мне на улицу...

— Помню, вы спрашивали мужа.

— К Якову Вагину у меня была явка. Он должен был остаться в городе для связи...

— Поначалу так оно и было. Яков перебрался квартировать к одному штурману на Пересыпи, установил связь... А десятого октября, рано утром, вот как вы, постучал в окно, простился...

— Трудно сейчас докопаться до истины, почему десятого октября Яков Вагин ушел на военном транспорте...

— Яша сказал — «приказ»...

— В суматохе эвакуации приказов было много, и разных. Со временем все станет ясным, что к чему, разберутся... Теперь же дело не ждет. Нет Вагина — нет рации. Нужно посылать человека через линию фронта. Мужчине трудно, схватят как дезертира, стало быть, женщина...

— Господи, да никак вы меня собираетесь посылать?! — она от удивления всплеснула руками.

— Вас, Глаша.

Улыбка сбежала с ее лица, Она встала, прошлась по комнате, зачем-то стряхнула и аккуратно сложила начатый коврик и, помедлив, сказала:

— Я должна подумать, дня три...

Он понял, что Глаша хочет связаться с подпольем, поэтому сказал:

— Мне рекомендовал вас товарищ Роман.

— Вы видели товарища Романа?

— Да, сегодня утром, Глаша, время не ждет. Наши войска с боями продвигаются к Одессе. Разведданные о гитлеровской обороне города должны быть переданы командованию...

— Раз товарищ Роман сказал, я не против. Сумею ли? Вы обо мне вон как думаете, а я такая, знаете, средняя... С памятью у меня плохо... Училась на тройки... Вся, как есть, нескладная я...