Антология советского детектива-16. Компиляция. Книги 1-20

Затем начинается нечто более серьезное: уходит из заводского ковша и не приходит в порт назначения истребитель подводных лодок «КТ-39», в топки которого подпольщики подбрасывают «уголек» профессора Лопатто. По заводу рыщут ищейки сигуранцы и абвера, к Николаю Гефту подсылаются провокаторы. Гефт не упускает случая информировать немцев о затруднениях, которые он испытывает в работе от румынских специалистов и их прислужников, вроде путающегося с сигуранцей инженера Петелина.

Таким путем ему удается отводить подозрения от себя и от участников своей группы. Оставаясь неуловимыми, они выносят свои действия за завод — в город, в порт, в тюрьму, в сигуранцу и в немецкую комендатуру, устанавливают связи с заключенными и организовывают побеги, принимают и распространяют сводки Совинформбюро, пишут антифашистские листовки, деморализуют противника, выявляют его агентуру.

Сведения о событиях на судоремонтном заводе проникают через линию фронта. В украинском наркомате госбезопасности беспокоятся о судьбе своего разведчика. Там знают, что этот человек активного действия не будет сидеть сложа руки из-за потери связи. Ему стремятся помочь. Одна из одесских подпольных организаций получает указания и невидимо для разведчика оберегает его, предупреждает о провокаторах, помогает в налаживании связей. В декабре 1943 г. центр присылает Гефту в качестве помощника Валерия Бурзи. Этот 26-летний комсомолец уже побывал на боевой работе в немецком тылу на Херсонщине. С этого времени и до освобождения Одессы оба разведчика действуют как вожаки одесских патриотов: ведут разведку, организовывают диверсии и саботаж, срывают эвакуацию оборудования, предотвращают разрушение главных цехов и угон советских людей на немецкую каторгу. Собранная ими информация позволит потом нашей контрразведке обезвредить не один десяток вражеских лазутчиков, оставленных на освобожденной территории для шпионажа и убийств...

Отважным патриотам приходится действовать в исключительно трудной обстановке, в условиях безудержного террора оккупантов. В рамки одной повести не укладываются трагедии, которые ежедневно разыгрывались в непокоренной Одессе. О них мы узнаем из материалов чрезвычайных комиссий, из документов партийного подполья и донесений наших разведчиков, из гитлеровских секретных архивов, захваченных советскими войсками.

Разведка и любые другие действия в тылу врага — это фронт мужественных и бесстрашных. Он держит бойцов в постоянном предельном напряжении физических и духовных сил. Однако не это считал Гефт для себя самым трудным и самым страшным в гитлеровском тылу. Страшной была необходимость маскироваться под прислужника заклятых врагов, ходить одетым в их волчью шкуру.