Антология советского детектива-16. Компиляция. Книги 1-20

И вот, доложу я вам, такой вопросик задает один…

— Я прошу вас, Иван Григорьевич, опустить и этот интересный эпизод в Марселе, — перебил его Каширин. — Начинайте прямо с того, что случилось на кладбище Пер-Лашез у Стены коммунаров."

"Полковник взял второе письмо, написанное округлым, мелким почерком на листке, вырванном из блокнота. Маргарита Арно писала:

Мои дорогие друзья!

Я была в России и пользовалась вашим гостеприимством. Не без основания у вас может сложиться впечатление, что за доверие я заплатила неблагодарностью, но это не так. Люди, представляющие собой силы реванша, использовали мою политическую близорукость и честную репутацию газеты, которую я представляла в России. Они хотели тайно передать на Запад донесение агента, скрытое под рисунком картины, купленной мною в Москве. К счастью, не знаю почему, но они были обмануты в своих ожиданиях. О покупке пейзажа подробнее вам сможет рассказать Алла Сухаревская, переводчица, работавшая со мной в России. Я видела, как этот человек, продавший картину, предъявлял паспорт, это обстоятельство, мне кажется, облегчает поимку агента и разоблачение политического преступления, невольным участником которого я стала.

Маргарита Арно (Вейзель).

Полковник дважды прочел это письмо и задумался. О каких «силах реванша» писала Арно? Ему было известно, что так называемый прелат Штаудэ один из активных деятелей «Про Руссия»[34]. Весь период войны Штаудэ был связан с гитлеровской «службой безопасности» СД через уполномоченного по делам церкви Бауэра. У Штаудэ, бывшего немецкого колониста Поволжья, была любопытная биография. В тридцать пятом году католический аббат выехал из Энгельса в Рим на съезд конгрегации восточных церквей и в Советский Союз не вернулся. Следы аббата Штаудэ теряются где-то на тайных тропах международной разведки. Перед войной Штаудэ вновь появляется на горизонте, он становится деятельным помощником иезуита Швейгеля в руководстве «Руссикумом» — Русского колледжа в Риме. Затем он перебирается в Берн, получает звание прелата и время от времени наезжает в Италию, читая в Русском колледже курс «Пропаганды шепотом».

Из задумчивости полковника вывел Алешин. Молча он положил перед Кашириным лист бумаги, исписанный, крупным, размашистым почерком. Иван Григорьевич скромничал: то, что он написал о своей встрече с французским рабочим, было интересно, а главное — точно во всех деталях.

Полковник едва успел оформить Алешину пропуск, как позвонил Лозовой и сообщил о том, что Леонозов находится в управлении,

Неожиданный вызов взволновал Леонозова. Засунув руку в карман, он ногтем проводил по зубцам лежащей в кармане расчески и, не поднимая головы, рассматривал кончики своих ботинок.