Антология советского детектива-16. Компиляция. Книги 1-20

Казалось, что такой человек, как Жарков, не мог бы разыгрывать из себя провинциального донжуана.

Чем Дуся могла пленить Бориса Жаркова? Внешней привлекательностью девушка не отличалась. В ней чувствовалась большая внутренняя сила и душевная красота. Мог ли все это почувствовать Жарков с первой же встречи на балу? А если мог, если полюбил ее с первого взгляда, то как же объяснить это глупое шутовство в парке?"

"Досадуя на себя за то, что конфликт Жарковых против воли отнимал у него слишком много времени, Никитин вышел в коридор с Забалуевой и спросил:

— Пелагея Дмитриевна, а почему вся тяжесть вины обрушилась на одну Дусю? Почему до сих пор никто не беседовал с Борисом Жарковым, не пытался выяснить, какую роль играл он сам во всей этой неприглядной истории?

— Как же не беседовал! — удивилась Забалуева. — Я его вызывала в завком, Михаил Нестерович и комсорг присутствовали.

— Если не секрет — расскажите!

— И рассказывать-то вроде как нечего. Пришел Жарков злой, колючий. Сел на диван. «Звали?» — говорит. Я не отвечаю, звоню парторгу. Михаил Нестерович пришел с комсоргом. При виде их Жарков встает: «Ошибочка произошла, я беспартийный!» Михаил Нестерович сделал вид, будто этого не слышал, и говорит: «Нам судьба Дуси, товарищ Жарков, не безразлична. Расскажите, что у вас между собой произошло?» Жарков усмехнулся: «Это понятно, что вам Дусина судьба дороже. А вы того не учитываете, что я комнату в Москве бросил, с работы ушел и все ради любви к Дусе». — «В этом мы, — комсорг говорит, — сами разберемся. Вы нам расскажите обстоятельства дела». — «Обстоятельства такие, — продолжает Жарков. — Просил меня Леонид Исаков подменить его на дежурство, он в город с женой собирался ехать, я согласился. Выхожу из дома, встречаю Исакова, оказывается, его мастер сам подменил. «Давай, — предложил Исаков, — зайдем в парк, по одной пропустим!» Исаков действительно любит заложить за воротник, — пояснила Забалуева. — Всем хорош парень: и работник, и муж, и товарищ, а выпьет — свинья свиньей! Зашли они в парк, там есть такая «забегаловка». Выпили по сто с «прицепом» (так у них кружка пива называется), оба захмелели. Исаков и говорит Жаркову: «Вон видишь, на скамейке девушка сидит, она к нам на завод назначение получила, можешь с ней познакомиться?» — «А меня, — рассказывает Жарков, — очень этот «прицеп» в голову ударил. «Отчего не смогу, в один момент!» Ну и… Дальше вам, Федор Степанович, все известно. «У меня, — говорит Жарков, — от пощечины этой до сих пор душа горит. Я Дусю люблю и готов просить у нее прощение. Только она дома не ночует, а на производстве. Если приду, она к вахтеру громко обращается — почему на участке посторонние шляются? Людей стыдно».

— Глупая история, — согласился Никитин.