Антология советского детектива-16. Компиляция. Книги 1-20

— Мне не понятно одно, Федор Степанович, почему для обобщений ты пользуешься Хью Мориссоном? Прошло много лет с тех пор, как американский журналист наблюдал Мерлинга, ты же видел его недавно, не прошло и года… Если в сороковых годах агенту было едва за тридцать, то сейчас ему под шестьдесят!

— Я пользуюсь сведениями Мориссона, если в них нет противоречий. Помните, у Марфы-собачницы, в комнате Мерлинга, я видел спортивный эспандер с лоснящимися ручками от частого употребления. У Мерлинга сильное, тренированное тело. Он за собой следит. И если в «шалаше» Завалишина пили запросто во время обильных обедов, Мерлинг не пил ни капли и был воздержан в еде. Не могу не пожалеть, что способности этого человека направлены в такое русло.

— О каких способностях Мерлинга ты говоришь?

— Он в совершенстве владеет несколькими языками, яркий, самобытный художник. У него отличная, мгновенная реакция, вспомните историю с пластилином…

— А как же понимать происшествие на железнодорожном переезде? Реакция не сработала?

— Он был возбужден и знал о погоне, идущей по следу…

— Хорошо, оставим это. — Подумав, полковник спросил: — А не лежит ли ключ к решению вопроса, кто такой Бэнет, в самих микрокадрах?

— Думается, что на месте, сличая снимки с объектами фотографирования, мы установим точку и время съемки, а это уже та ниточка, потянув за которую можно размотать клубок.

Полковник поднялся и, достав из стола конверт, вручил его Никитину.

— Здесь для вас все материалы, товарищ майор, и письмо директору завода Боровскому. Поезд уходит… — он посмотрел на часы, — через пятьдесят шесть минут. Поддерживайте связь. Желаю удачи.

Проводив Никитина до двери, полковник спросил:

— Как же все-таки Луиза Вейзель?

— Говоря по совести, товарищ полковник, мне бы очень не хотелось обмануться в этом человеке. Конечно, всецело полагаться на интуицию нельзя, но вы сами когда-то учили меня — сбрасывать со счетов сумму первых впечатлений не следует. Хочется верить, что Луиза Вейзель была вовлечена в авантюру прелатом Штаудэ. Кроме того, думается, характеристика Вейзель со стороны Аллы Сухаревской и Марселя Лорана заслуживает внимания. Журналист категорически утверждает невиновность Луизы Вейзель.

Взглянув на часы, Никитин пожал руку полковнику и торопливо сбежал по лестнице.

ВЫСТРЕЛА НЕ БЫЛО

За вершину Бофор-де-Санси уходило солнце; огромное, пылающее, оно окрасило леса на склонах. По ту сторону гор была Франция, ее родина.

Стоя у открытого окна своей комнаты, Луиза провожала взглядом солнце. Это были краткие минуты отдыха, теперь она работала много и упорно. Работала с настойчивостью человека, который готовится к важному в жизни решению и приводит в порядок свои дела, чтобы не оставить по себе скверную память.