Антология советского детектива-16. Компиляция. Книги 1-20

На вершинах еще стойко держались вековые леса, ниже и южнее — деревья уступили человеку. Здесь раскинулись горные пастбища, жирные луга с меланхолическими, широколобыми коровами швицкой породы. Еще ниже на плато — виноградники. На выступе, края которого круто обрывались в озеро, обнажая красновато-желтые известняки, высился крытый черепицей двухэтажный каменный коттедж. Этот загородный дом под скромным названием «Мон репо» принадлежит управляющему заводами фирмы «ОРБЭ», господину Вейзелю. Узкая асфальтированная лента дороги вьется среди виноградников от самого коттеджа до Шамбрельена, вливаясь в широкую автостраду Невшатель — Ле-Локль, невдалеке от нее разместились заводы фирмы «ОРБЭ».

Каждый день несколько сот рабочих и служащих «ОРБЭ», предъявив специальные пропуска, переходят франко-швейцарскую границу и в автобусах фирмы направляются к месту работы. Живя во Франции, они работают в Швейцарии.

В свое время через эту границу партизаны переправили в Ле-Локль Маргариту Арно под именем Луизы Родгейм в обществе маленькой Эрнестины Бассо, заколовшей вилами гитлеровца. Девушки пересекли границу в крытом стареньком грузовике «рено», спрятанные в кузове за пустыми молочными бидонами.

Это было трудное и опасное дело: двум людям перебраться через границу. Швейцария объявила о своем нейтралитете, но даже молока для ребенка нельзя было получить в этой «нейтральной» стране без разрешения гитлеровцев.

Луиза вспомнила тревожные полузабытые дни, увидев из окна детской комнаты такой же белый грузовичок с надписью «МОЛОКО — МАСЛО — СЫРЫ. БЛАНДЕР и К°».

С Эрнестиной Бассо они не виделись давно — больше года. Теперь Эрнестина уже не Бассо, а мадам Ламастер, ее муж служит в пограничной жандармерии, живут они в Морто, а работает Эрнестина по-прежнему у «ОРБЭ» в Ле-Локле. Сразу же, как только они перешли границу, Эрнестина устроилась на работу к «ОРБЭ». Маргарите Арно было неизмеримо труднее, ее выручило письмо одного из преподавателей школы святой Терезы к аббату Штаудэ.

Маргарита воспитывалась в католической школе, но ее галльский темперамент плохо мирился с христианским учением. Пепел Орадура не вызвал в ней страха, на который рассчитывали каратели, тем более христианского смирения. Девушка ушла к маки и приняла присягу на верность родине. Вырезав ножом на ложе снайперской винтовки «Не убий!», она убивала гитлеровцев. В этом не было противоречий — гитлеровцы убили всех ее близких, они нарушили заповедь. В первые дни борьбы, направляя крестик оптического прицела прямо в сердце врага и медленно нажимая на спусковой крючок, она думала: «Без твоей воли, господи, ни один волос не упадет с головы человека. Если пуля поразит врага, в этом есть твоя мудрая воля».