Антология советского детектива-16. Компиляция. Книги 1-20

— Но ведь не мог же Холодов приготовить петлю, затем отрезать лишний кусок веревки, выйти из мастерской и, скажем, закопать его в землю?

— Это невозможно, — согласился Талыкин.

— Вы должны знать, Аркадий Михайлович, что во всех случаях самоубийства через повешение ворс веревки в силу натяжения тела поднимается вверх.

— Да, я об этом знаю.

— Вот вам моя лупа, проверьте, как расположен ворс на веревке этой петли, там, где она крепилась к потолочному крюку.

Талыкин внимательно рассмотрел ворс веревки и вынужден был согласиться с Никитиным — тонкие волоски пеньки с одного края веревки были плотно прижаты книзу.

— Мне рисуется драма, разыгравшаяся в этой мастерской, несколько иначе, нежели вам, Аркадий Михайлович, — в раздумье сказал Никитин. — Неизвестный, заставив Холодова выпить третью, последнюю в его жизни стопку, привел его в состояние наркотического сна, затем он снял с приемника веревку, сделал петлю, набросил ее Холодову на шею, подтянул его и закрепил конец узлом на крюке. Встав на верстак, неизвестный обхватил левую кисть руки Холодова, прижал ее к верхнему краю шкафа, оставив следы его пальцев. Увидев, что на веревке остался след, преступник обрезал под самый узел оставшийся конец и захватил его с собой.

— А посмертную записку писал все-таки Холодов, — напомнил Талыкин.

— Решение этого вопроса надо искать в обуглившихся клочках рукописи Холодова. Вы делали химический анализ водки, оставшейся в стакане?

— Делал в лаборатории треста. Никаких примесей не оказалось.

— Стало быть, преступник вымыл стакан. Давайте посмотрим, где он здесь жег бумагу, — сказал Никитин, направляясь к печи. Увидав открытую заслонку, он укоризненно заметил: — Как же это вы даже трубу не закрыли! — Задвинув заслонку, он завязал себе рот платком и осторожно снял с времянки верхнюю крышку. Перед ним были черные, обуглившиеся клочки бумаги. — Вот где ключ к раскрытию причины смерти Холодова, — обронил Никитин и так же осторожно, чтобы не потревожить пепел движением воздуха, закрыл печь и спросил: — Из прокуратуры можно быстро связаться с Москвой? — И, когда Талыкин утвердительно кивнул, сказал: — Тогда пойдемте, Аркадий Михайлович. Пока здесь нам делать нечего.

Из кабинета прокурора Никитину удалось связаться с Гаевым. Майор потребовал немедленно направить в Славоград опытного судебно-медицинского эксперта и выслать с ним двадцать пять пар тугоплавкого стекла для муфельной печи.

До встречи с полковником Боровским оставалось еще много времени. Никитин вернулся в гостиницу и узнал, что его чемодан отправлен в дом приезжих треста «Славоградуголь».

«МОН РЕПО»"

"Предгорье Юры обрывистыми уступами спускалось к озеру.