Антология советского детектива-16. Компиляция. Книги 1-20

Он мог бы работать по специальности, но на земляных работах выше заработки, это и решило его выбор. Родители не уговаривали его остаться — не маленький, пусть поживет самостоятельно.

Весь период работы Авдеева на Урале ничем не примечателен и можно было бы его опустить, но два-три эпизода заслуживают внимания.

В бригаде землекопов семнадцать человек. Как Семен Авдеев, они живут в общежитии. Большинство кадровые рабочие, люди серьезные. Вот в этой среде кадровых рабочих Семен решил чем-то выделиться и продемонстрировал свой старый трюк, имевший когда-то успех у сверстников.

В воскресенье после коллективного посещения цирка в общежитии зашел разговор о программе фокусника. Семен поднялся и с усмешкой сказал:

— Эка невидаль! Мура! Вот, глядите! — Он разбил стакан, взял осколок стекла, засунул в рот, пожевал и выплюнул, окинув взглядом присутствующих: мол, что, здорово?

Его поступок произвел удручающее впечатление. Оно и понятно: человек в своем уме не станет жевать стекло.

А Семен, расценив по-своему молчание бригады, хвастливо добавил:

— Да я такое могу… Вот, смотрите!

Он схватил доску, на которой гладили брюки, и кулаком забил в нее трехдюймовый гвоздь.

Сосед по комнате, человек в годах, в прошлом матрос торгового флота, Александр Саввич Дзюба подошел к Семену, постучал пальцем по его лбу, без особого усилия вытащил из доски гвоздь, завязал его узлом и сказал:

— Ты, парень, я вижу, чокнутый. На узелок на память, чтобы глупостями не занимался.

С тех пор и сложилось отношение к Авдееву: в каждом городе, мол, свой псих! И хотя Семен работал неплохо, бригадир ему по сто тридцать выводил в месяц, его считали с придурью и откровенно над ним посмеивались.

Как-то Авдеев работал в паре с Дзюбой, рыли они траншею под коммуникацию. Во время перекура Семен поделился:

— Получил я письмо из дома…

Раскуривая тяжелую голландскую трубку, Дзюба из вежливости сказал:

— Интересно.

— Парень у нас один… Ушел за границу…

— Как же это он? — попыхивая трубкой, без интереса спросил Дзюба.

— Да так… В Одессе это было. Ночью украл лодку да и сиганул.

— Куда же он? В Турцию?

— Выходит, туда…

— Один? — удивился Дзюба.

— Один.

— Брешешь ты, парень! Триста морских миль. Один на шлюпке? Да он и за пятнадцать ден не доберется! Хотя, — сам же усомнился Дзюба, — если попросился на иностранное судно, может быть. Что ему понадобилось в Турции? Там своих нищих — пруд пруди! Дурак выискался! — в сердцах сказал он, но подумал: «Это когда же Авдеев получил письмо? Врет. Сколько живем в общежитии, не было ему писем».

Дзюба посмотрел на Авдеева. На лице парня блуждала хитрая ухмылка, словно он смеялся над матросом.