Антология советского детектива-16. Компиляция. Книги 1-20

Недавно его шайка вторглась на территорию Советской Туркмении, опустошила аул и вместе с награбленным добром увезла эту женщину.

Айнагуль держалась гордо и независимо.

Ее вывели на середину двора и стали допрашивать, сопровождая это толчками и издевательским гоготом.

— Неужели ты забыла всех? Кто у вас активист? Ну?..

Айнагуль молчала.

— В каком ауле остановились красноармейцы? Сколько их? Тоже не знаешь?

Женщина покачала головой.

— Не знаешь? — повторил Кульджан, — Хорошо, не надо… А о том, что мы просили тебя, подумала?

Они, оказывается, хотели, чтобы она согласилась по своей воле выйти за кого-нибудь из бандитов замуж и остаться здесь.

Сначала Айнагуль сдали местной полиции как «советского агента». В зиндане у нее отняли все украшения. Несмотря на перенесенные мучения, женщина не потеряла присутствия духа и твердо стояла на своем:

— Я простая крестьянка, мне ничего не надо, только хочу возвратиться домой… Отпустите меня… Или убейте…

Теперь Кульджан по-своему попытался сломить ее упорство.

— Хорошо, согласись выйти здесь за кого-нибудь замуж, и мы отправим тебя домой. Мы устроим так, что ты сможешь постоянно навещать свой аул и родственников.

Но Айнагуль продолжала твердить:

— Отпустите: я хочу обратно, к своим! Мне ничего у вас не надо.

И снова повторяла:

— Отпустите меня или убейте…

Мирза, забывая, что он секретарь муфтия Фархад Али Заде, с трудом сдерживал себя: мысль о спасении несчастной женщины не давала ему покоя.

Когда Айнагуль увели, Кульджан снова пригласил гостей в дом.

Взяв себя в руки и с трудом обретя спокойствие, Мирза напомнил о цели своей поездки, подчеркнув, что это просьба самого муфтия.

— Можете ли вы помочь мне получить тазкиру?

— Здесь всего лишь отдаленный кишлак, — ответил Кульджан. — Я провожу вас в Гунбеде-Кабус и познакомлю с Мухаммед Ахуном. Он поможет.

Кульджан выделил Мирзе в провожатые своего человека. По пути, в селении Ак Узар, помощника муфтия познакомили с еще одним агентом муфтия — видным идеологическим диверсантом Лязги Ахундомуллой. Бежав из Дагестана, этот матерый националист открыл особую школу, где готовил кадры для «Милли истиклал» из числа эмигрантской молодежи. У него было около шестидесяти учеников-мюридов. Беседуя с Мирзой по-турецки, Ахун справился о здоровье муфтия, расспросил о последнем номере журнала «Ёш Туркестан», осведомился: нет ли вестей или поручений от Мустафы Чокаева.

Ведя неторопливый, обстоятельный разговор, Мирза выяснил, что люди Лязги Ахуна выполняют различные задания «Милли истиклала»: распространяют кипы журналов «Ёш Туркестан» среди эмигрантов, помогают перевозить нелегальную литературу через советскую границу.

Невольно вспомнился Самарканд, библиотека, где занимались студенты.