Антология советского детектива-16. Компиляция. Книги 1-20

Они могут поселиться в худжрах, расположенных здесь же, рядом, или же в открытых круглые сутки публичных домах. Таких домов в Мешхеде более тридцати. Обратившись затем к шейху, заключившему сигу, мужчина и женщина в любую минуту могут быть разведены.

Этой «традицией» обычно пользуются вельможи, купцы, преступники — все, у кого есть деньги. Шейхам нет дела до людей, им нужна лишь плата за венчание!

— Деньги… Деньги… — бормотал Мирза, проходя по улицам. — Они стекаются в Мешхед. Ради денег здесь делают все. Священная земля, праматерь светил человеческого разума, теперь стала приютом людских пороков, свидетельницей шарлатанства тех, кто зовет себя провозвестниками дела аллаха! Как могла родина Фирдоуси, Саади, Хайяма превратиться в пристанище современных «даллаи-мухтаров»[239].

Вероятно, во всем городе одного только Мирзу одолевали такие мысли.

А Мешхед молился, развратничал, просил подаяния, торговался."

"— Подходите! Лучшие сладости мира!

Иногда продавец многозначительно подмигивал: там в лавке за его спиной — дверца… Не нужно даже благословения на временный брак.

— Заходите! Заходите, гость!

Поравнявшись с гостиницей «Бахтар», Мирза подумал: «В крайнем случае в этой гостинице можно будет остановиться на первое время».

Затем его взор остановился на торговце кулахами — островерхими шапками.

Изнывающий от безделья лавочник сразу увидел нового человека.

— Добро пожаловать! — обратился он к юноше и добавил, улыбаясь: — Может, что-нибудь купите?

Мирза уловил азербайджанский акцент и заговорил по-тюркски.

Лавочник и впрямь оказался азербайджанцем, эмигрантом. Он испытывал искреннее дружеское расположение к человеку, так хорошо знавшему его родной язык.

— Кулахи я шил сам, выбирайте какой угодно. А костюмы все подержаны.

Мирза выбрал себе кое-что из одежды и, расплатившись, спросил, кивком показав на «Бахтар»:

— Нет ли в Мешхеде гостиницы поскромнее?

— Вы приезжий?

— Да.

— Откуда, позвольте спросить?

— Сегодня приехал из Горгана.

— Вы хорошо говорите на языке азербайджанцев.

— Я жил и учился в Гандже… — скромно сообщил Мирза.

Услышав о Гандже, лавочник еще больше оживился. Можно было подумать, что перед ним стоит не чужестранец, а близкий родственник.

Лавочник был одним из обманутых, потерявших и родину, и близких. Он хорошо знал, каково одному на чужбине…

— Дорогой мой, — произнес он нараспев, — не утруждайте себя поисками гостиницы. Вон на той улице, Боло-хиабан, есть чайхана азербайджанцев. Хозяин ее — Али Акбар, добрый человек. Он обязательно подыщет вам подходящее жилье.

— Я очень благодарен…

— Идите, идите к нему… Там вы найдете приют.

Мирза направился к азербайджанской чайхане.