Антология советского детектива-16. Компиляция. Книги 1-20

— Господин фельдфебель, — переходя на официальный тон, оборвал его Дубровский, — не забывайте, что мы тоже русские. И, как вы знаете, честно служим немцам и новому порядку. Поэтому мне не понятны ваши обобщения.

— Ха-ха! Неужели вы думаете, что мы и вас пустим в наш немецкий рай? Мы вас терпим, пока вы нам нужны. Это не мои слова! Это сказал фюрер!

— Георг, вы просто пьяны, — брезгливо поморщился Дубровский.

— Может быть, я и пьян, но я сказал правду. Так мыслят все немцы.

Он с грохотом отодвинул стул и, пошатываясь, направился к двери. Над столом повисла тишина.

— Видимо, действительно так думают все немцы, — задумчиво проговорил Дубровский.

— Брось, Леонид! Выпил человек лишнее. Да еще расстроился. Пойми, что они могут сделать без нас в России? — примирительно сказал Потемкин.

— В России-то, может быть, мы им и нужны. А вот понадобимся ли мы им в Германии?

— Ну, до Германии еще далеко. Считай, половина России у них в руках.

Дубровский смерил Потемкина недоуменным взглядом.

— Так за Уралом разве Россия? Там одна тайга. Зверя много, а людей нет. Разве что заключенные?

— Вот я и думаю, как бы нам с тобой туда не угодить со временем, — горько усмехнулся Дубровский.

— Не-е-е, до этого не дойдет. Попомнишь мои слова. Давай лучше допьем, чтоб зла не оставлять.

Он разлил по стаканам остаток шнапса.

Дубровский вышел из-за стола и, подойдя к своей кровати, стал раздеваться.

По железному оконному карнизу мелкой дробью забарабанил дождь. Дубровский с головой забрался под одеяло. Здесь, в темноте, было его царство. Тут никто не видел выражения его глаз, лица. Можно было улыбнуться своим мыслям или, наоборот, погрустить…"

"Лежа под одеялом, Дубровский старался не слушать пьяную болтовню Потемкина. Он пытался до мелочей взвесить создавшееся положение. «Если Ольгу Чистюхину взяли только лишь за справки биржи труда, тогда ей нет никакого смысла впутывать в дело и меня. Может отговориться, что, мол, помогала знакомым. За это могут отправить в лагерь. Но это еще не самое страшное. Во всяком случае, вряд ли будут пытать. Обычное злоупотребление. Пусть даже уголовное дело. Можно чем-то помочь. А вот если ее взяли вместе с другими подпольщиками, тогда ситуация меняется. Для немцев это уже бандиты. Тогда…» Он прекрасно знал изощренные, садистские методы следствия в гестапо. Неприятный холодок пробежал по спине. — Тогда из нее вытянут жилы. Может назвать меня. А не стоит ли бежать отсюда, пока не поздно? Подожди! Решение принимать еще рано. Поначалу надо выяснить обстановку. Макс Борог наверняка должен быть в курсе дела. Быть может, он и искал меня в связи с этим?»

Дубровский готов был пойти к Максу Борогу, но в последний момент заставил себя успокоиться. «Нельзя давать повод для лишних вопросов.