Антология советского детектива-16. Компиляция. Книги 1-20

После захвата Савинкова чекистами и суда над ним в России отец Апостола перебрался в Соединенные Штаты Америки и стал работать в Международном сионистском центре.

— Обычное дело для бундовца, — сказал Бирюков. — Когда II-й съезд РСДРП отверг в 1903 году притязания Бунда на его исключительное право представлять весь еврейский народ, бундовцы демонстративно вышли из партии и сомкнулись с сионистским течением Поалей Цион."

"— Тем временем, будущий Апостол подрастал, учился в школе, отец воспитывал его в соответствующем духе, — продолжал Леденев, — и вот уже Георгий Рывкин студент Гарвардского университета. Еще в колледже его завербовали в качестве агента-осведомителя Федерального бюро расследований, а когда началась Вторая мировая война, и американцы создали Управление стратегических служб во главе с Уильямом Донованом, Георгия Рывкина, как агента, имеющего российское происхождение и знающего в совершенстве русский язык, передали в новую разведывательную организацию, которая впоследствии превратится в ЦРУ.

— В университете его готовили для Востока? — спросил Бирюков.

— Да… По настоянию шефов Рывкин выбрал и соответствующий факультет — богословский. Он должен был стать миссионером в Китае или в стране, представляющей интерес для Японии, главной соперницы Штатов на Тихом океане. Поэтому Апостол и изучал в Гарварде буддизм с конфуцианством, получая приличную стипендию из специальных фондов. Когда он поступал на первый курс философского факультета Западноморского университета, то уже имел ученую степень магистра богословия.

— Но как он оказался у нас? Шефы Апостола очень резко изменили его судьбу, — заметил Василий Пименович.

— Это произошло в связи с новой расстановкой сил в Европе и Азии после 1945 года, — объяснил Юрий Алексеевич. — Агент, если так можно выразиться, «апостольского» класса был нужнее для заокеанской разведки именно у нас, в России.

Поначалу там рассчитывали, что за основу внедрения, легализации в нашей стране Рывкина-Старцева можно взять тот факт, что профессор Маркерт женился на Валентине Кострицкой, двоюродной сестре бостонского архиерея Павла Кострицкого, отца Валаама в пострижении. Рассчитывали, что Борис Янович примет участие в судьбе человека, получившего богословское образование, явившегося к нему с письмом от бывшего однокашника и родственника.

— Знал ли Кострицкий, кого он посылает к нам? — заметил Бирюков.

— Старцев говорит, что Валаам не был осведомлен о его задании. Но это ничего не значит. Правда, Кострицкий всегда занимал по отношению к Советскому Союзу более или менее лояльную позицию, и все равно уточнить его роль в этой истории не мешает. Оказавшись в России, Апостол-Рывкин понял, что необходимо более надежное прикрытие.