Антология советского детектива-16. Компиляция. Книги 1-20

— Вставай, засоня, — говорила Пелагея Романовна, бесцеремонно стягивая с Зины одеяло. — Вставай, кушать пора. Уже третий самовар грею, тебя дожидаючись.

Зина потянулась и потерла кулаками глаза.

— А дядя Дима где?

— Эка, хватилась. Да времени-то уже на полудень скоро. Митрий Николаевич давно на работу ушла.

— Что же вы меня раньше не разбудили?

— А они не велели. Сказали, пусть поспит, намаялась за дорогу. Да и то, поглядела я на тебя, больно уж сладко ты спала. Носик в подушку, рот раскрыла. Даже слюнку по щечке выпустила.

— Ну уж… — сконфузилась Зина, еще не успевшая привыкнуть к добродушному натурализму выражений Пелагеи Романовны. Та не обратила на ее смущение ни малейшего внимания.

— Так ты давай-ка поднимайся, моя милая. А я пойду самовар погляжу, кабы обратно не заглох.

Однако не успела Зина подняться с постели, как в открытое окно влетел здоровенный черно-желтый шмель и с гудением, как тяжелый бомбардировщик, закружился по комнате. Пришлось быстренько заскочить под одеяло и ждать, пока шмель, несколько раз стукнувшись в оконное стекло, не выбрался на свободу.

На спинке кровати висела одежда, от которой она так легкомысленно отказалась вчера. Зина натянула просторные лыжные брюки и вытащила из-под кровати сапоги.

В сапогах лежали портянки. Зина развернула их без всякой уверенности — здесь Валя был прав: обращаться с ними она не умела."

"Она попробовала надеть сапог без портянки, но сразу же сняла его — складки и швы внутри сапога резали ногу. Пришлось опять взяться за портянку. Прямоугольный кусок материи плохо следовал за изгибами ступни.

Зина примеряла его и так и эдак, наконец замотала ногу как пришлось.

В это время вошла Пелагея Романовна.

— Обожди-ка! — заявила она, отбирая у Зины сапог. — Да разве портянку так наматывают. Давай сюда ногу, я покажу… Э-э, милая, — вдруг неодобрительно протянула Пелагея Романовна. — Что же это за нога у тебя?

— А что такое? — забеспокоилась Зина, оглядывая ногу и шевеля пальцами. — Нога как нога.

— Да мала уж очень. Сама девка как будто рослая, а нога, как у ребеночка, — право. Вот нога, — и Пелагея Романовна для иллюстрации вытянула вперед ногу, обутую в ботинок сорок третьего размера. — Мы с Петей — это с мужем моим покойным, — пояснила она, — мы с ним одинаковые сапоги носили, какие он, такие и я. Помню, ох и здоровая же я была в молодости. Бывало, пойдем мы с Петей в баню, поглядит он на меня и скажет…

— Пелагея Романовна! — взмолилась Зина.

— А ты чего? Али тебе еще таких слов никто не говорил… ну да, я и забыла, что ты девка еще. Ничего — мужик будет, он тебе не такое скажет. Жених-то, есть?… Есть, конечно. У такой девки да чтобы жениха не было.

Занимая Зину подобным разговором, Пелагея Романовна сама навернула ей портянки и помогла натянуть сапоги.