Антология советского детектива-16. Компиляция. Книги 1-20

Гудение приближалось неотвратимо, фон Штрипсу казалось, что машина едет сюда… сквозь стену… прямо на него. Он хотел бежать, а ноги не слушались. Он только мог сидеть и смотреть на окно ничего не видящими от страха глазами…

Сердце билось тяжелыми нарастающими ударами…

В эту секунду с треском разлетелось оконное стекло, что-то тяжелое покатилось по столу… Сбило на пол настольную лампу. Вспышка пламени сверкнула перед глазами фон Штрипса, и он провалился в гудящую красную мглу…

Когда, наконец, в кабинете зажгли свет, шеф полиции города Зиттина лежал, уткнувшись лицом в бумаги на письменном столе. На полу кабинета валялся большой круглый булыжник.

Обыкновенный булыжник из мостовой Портового Пригорода.

Первый удрал дежурный из проходной будки. За ним поспешно, как крысы с гибнущего корабля, разбежались служители. Когда рабочие, соскочив с грузовиков, собрались у ворот клиники, она была уже пуста.

Возле узких дверей проходной заклубилась разъяренная человеческая толпа. Железные створки ворот были закрыты, никто не знал, как они открываются. Не долго думая, шофер семитонного грузовика направил свою машину прямо в ворота, ударом тяжелого буфера сорвал автоматические затворы и въехал в ограду.

— Сжечь заразное гнездо!… Давайте сюда огня!…

Затрещали оконные переплеты, посыпались, захрустели под ногами разбитые стекла. Кто-то уже мчался с бидоном к дверям главного подъезда.

Пронзительно запахло бензином…

— Стойте! — вдруг услышали все хриплый надорванный крик.

По ступеням подъезда, пошатываясь, спускался человек, в синем халате. На руках его звенели наручники.

Толпа замерла.

Старки, наконец, удалось протолкаться вперед. Он пригляделся и в сером свете наступающего утра узнал рыжую голову.

— Это наш редактор! — завопил он. — О’Патли! Ты живой?

Он схватил редактора в охапку. Тот простонал и покачнулся.

— Тише, дружище! У меня прострелена рука.

Послышались недоверчивые возгласы, удивленные восклицания. Многие с завода дизелей знали О’Патли, и сейчас, глядя на уродливое, искаженное лицо стоявшего перед ними старика, никто не мог поверить, что это молодой редактор «Рабочей газеты».

— Поддержи меня, Старки, — сказал О’Патли, с трудом удерживаясь на ногах. — Товарищи! Нам нужно сохранить клинику. Это будет наш документ, который сможет доказать всем справедливость выступления нашей газеты. Тогда мы сумеем добиться суда над хозяевами клиники."

"Его прервало чье-то хриплое яростное восклицание.

Рабочие увидели в дверях главного подъезда женщину.

Она стояла, вся подавшись вперед, ухватившись руками за косяки.

На синевато-бледном лице безумным блеском сверкали широко открытые глаза.

— Это она!

Кто-то двинулся вперед.

— Не трогайте ее, — негромко сказал О’Патли. — Она уже наказана.