Финита ля комедиа

— Так-с! — Тартищев припечатал ладонью стол. — А ты в курсе, откуда взялись эти «капли Муромцевой»?

— Капли… Муромцевой?.. — опешил Иван. — Что еще за капли?

— Хороши у меня агенты! Ничего не скажешь! — усмехнулся Тартищев. — Не знают даже, что этот яд в городе прозвали «капли Муромцевой».

Иван молча пожал плечами. Он знал кое-что и почище, и позанятнее, но не обо всем же докладывать начальству! Меньше будет знать, лучше будет спать!

Тартищев скептически скривился.

— Вот-вот, пожимай плечиками, как барышня! Что тебе остается, если не сумел раскопать, что этот яд свистнули у Мейснера. Сейчас предъявишь ему флакон, и чтоб до одиннадцати у меня на столе лежал список всех его близких и знакомых, друзей, клиентов, сослуживцев, домочадцев, родственников, и не только его семьи, но и прислуги. Узнай, кто у него враги, есть ли явные и тайные недоброжелатели. Съездите к нему домой и осмотрите все самым тщательным образом.

И еще! — Тартищев поднял вверх указательный палец. — Когда этого мошенника задержите, что у Мейснера деньги вымогал, немедленно его ко мне!

— Слушаюсь! — вытянулся Вавилов. — Все исполним наилучшим образом, Федор Михайлович! — И покинул кабинет.

— Все понятно! — Иван отпустил дворника, у которого выведал все, что нужно, о жильцах третьего этажа, где, по словам Мейснера, находилось «охранное отделение», и зачитал его показания:

— Техник пушной мануфактуры Фофанов Петр Романович с супругой Ольгой Ивановной и тремя детьми в настоящее время в отъезде. Достоверно известно со слов самого Фофанова, что они решили навестить его тещу, мать жены — Караулову Матрену, которая проживает в Иркутске. Жильцы они смирные, никаких подозрений сроду не вызывали… — Он внимательно посмотрел на притихшего Мейснера, который даже несколько уменьшился в росте от перенесенных переживаний, потом перевел задумчивый взгляд на Алексея и принялся размышлять вслух:

— Квартиру мошенники, видимо, сняли на время отъезда хозяев. Если мы сейчас нагрянем с неожиданным обыском, их может попросту не оказаться на квартире. Ренту, которую они взяли у Семена Наумовича, наверняка уже унесли и припрятали в надежном месте. Вы помните хотя бы номер билета? — спросил он архитектора.

Тот удрученно развел руками.

— Вот видите, — огорчился Иван, — даже при захвате аферистов они без особого труда смогут от всего отвертеться. Поэтому их надо брать в момент передачи денег. Семен Наумович, — повернулся он к Мейснеру, — вы видели у них оружие?

— У каждого жандарма на боку висела кобура, а вот шашек не было. Я еще подумал, неужто отменили их ношение?

— Не отменили, — усмехнулся Иван, — видимо, не сумели достать. Но вас они напугали и без шашек. Да и кобура на поясе еще не показатель того, что в ней что-то находится.