Комбат не ждет награды

Она хорошо для себя усвоила: мужчинам очень нравится, когда женщина кончает вместе с ними. Поэтому всегда умело изображала оргазм, хотя при этом сама оставалась холодна, как формочка для льда в морозильнике, которую поставили туда, да забыли о ней навсегда.

– О! О! О! – приговаривала она, запуская свои шоколадные пальцы в коротко стриженные волосы подполковника Борщева.

– Да будет тебе стараться! – сказал подполковник.

– Вы о чем? – тут же сменив постанывания на нормальный тон, но не забывая при этом двигаться, поинтересовалась Анжелика.

– Изображаешь из себя…

– Мне хорошо с вами, Валентин Витальевич.

– Думаешь, я не вижу, что ты фригидка?

Анжелика почувствовала, что к Борщеву пришло облегчение. Некоторое время поколебалась, изобразить ли оргазм, затем все-таки не стала этого делать. Посидела, не двигаясь, подождала, пока у подполковника пройдет возбуждение и медленно поднялась.

– Вам это не нравится?

– Мне без разницы, – искренне отвечал Борщев, – мне главное, чтобы баба бабой пахла. Думаешь, почему я тебя выбрал? Белых что ли мало?

– Экзотика, – склонив голову на бок, отвечала Анжелика, беря со стола салфетку и прикладывая ее себе между ног.

– Я в календаре прочел, что у негритянок потовых желез в три раза больше, чем у белых, а значит, и пахнут они сильнее. А ты шампунью помоешься, дезодорантом так себя обрызгаешь, будто тараканов травишь!

Анжелика подумала:

""Что-то в его рассуждениях есть, но противно. Хотя у каждого в сексе свои заморочки.

Одному подавай толстых, другому худых, третьему сиськи нужны по пять кило каждая…""

– Чего встала? Теперь можешь и помыться, – заметив, что Анжелика колеблется идти ли ей в ванну, сказал Борщев.

– Спасибо.

– За что, дура, спасибо говоришь?

– Вы добрый, щедрый.

– Не бойся, свое назад получаю.

Борщев сидел со спущенными штанами и сосредоточенно смотрел на свой обмякший член, будто собирался поднять его одним взглядом, как поднимают звуками дудочки из плетеной корзинки кобру заклинатели змей.

– Иди, чего стоишь?

Анжелика скомкала салфетку в руке и прошла в ванную. Оттуда послышался шум воды, девушка даже мурлыкала себе под нос какую-то песенку. Самое неприятное для нее осталось позади, любвеобильностью, во всяком случае с ней, Борщев не отличался. Обычно приходилось трахаться за время его приезда дважды: сразу по приезде и перед отъездом.

– Кто ты хоть по национальности? – послышалось из комнаты.

Анжелика в это время сидела на корточках в ванной и что было силы терла себе ноги мочалкой.

– Как это кто? Русская конечно.

– Ну да? – рассмеялся Борщев, поднимаясь с кресла и подтягивая штаны.

– Можете паспорт посмотреть.

– Да видел я всяких русских – Борисов Ефимовичей вот с такими шнобелями и фамилиями Иванов, и раскосых монголов.