Комбат не ждет награды

«А может забраться в машину, запустить двигатель и дернуть?» – подумал водитель, которого звали Прохор, а фамилия у него была Иванов.

Но немного повозившись в кабине, Прохор понял, деваться некуда – на джипе догонят в два счета, еще и по колесам могут выстрелить. И он открыл дверь.

Никита быстро забрался и уселся рядом.

– Солярки у тебя хватит туда и назад?"

"– Солярки хватит, только вот мотор барахлит… Что-то с поршнями, а может кольца накрылись. Честно говоря, не знаю. До Смоленска я дотяну, а вот в Слободу да назад могу и не доехать.

– Доедем, доедем, – успокоил Никита и на его лице появилась нехорошая улыбка, злая и презрительная. Прохору от этой улыбки даже стало немного не по себе.

– Что за груз везти будем, командир?

– Приедем на место – увидишь. Груз так себе, ничего. Много места не занимает, но тяжелый.

– Аккумуляторы или, может, медь?

– Приедем на место – увидишь. Не задавай лишних вопросов, а то знаешь, что стало с одним любопытным, который все спрашивал – что, да зачем?

– Знаю.

Черный джип быстро обогнал «КамАЗ» и поехал впереди. Никита успел перекинуться со своими парнями парой-тройкой фраз.

– Поглядывайте за нами, – попросил он. – И если что, то предупредите.

– Что ты имеешь в виду? – спросил Малыш.

– Гаишники, менты, да мало ли чего! Всякое может быть в дороге.

– Понял, предупредим.

Пока Никита разговаривал с Прохором Ивановым, Малыш сходил в придорожное кафе и купил три бутылки водки. Он вынес, держа их под мышкой, в простом целлофановом пакете. Бутылки были положены на заднее сиденье джипа, и они позвякивали, когда машина подпрыгивала на неровностях дороги.

– Неплохо было бы сейчас вмазать, а Малыш? – сказал Пастух, кивнув в сторону заднего сиденья.

– Неплохо было бы. Но ты же знаешь, я не пью за рулем.

– Что, никогда?

– Никогда. За это меня Матвей Гаврилович и держит на работе.

– Я тоже на работе пить не люблю. А вот сделаешь дело – и можно расслабиться.

Правда?

– Конечно можно. И с девочками желательно. Какие бабы к шефу ходят! Вот с такими бы поразвлечься.

– Попроси, может и тебе даст.

– У меня денег не хватит рассчитаться с такими.

– То-то и оно. Его бабы и наши – это две большие разницы, – сказал Пастух, облизав пересохшие губы.

«КамАЗ» начал сбрасывать скорость.

– Что это с ним? – спросил Малыш, глядя в зеркальце заднего вида.

– Наверное, решил остановиться.

Дорога поднималась в гору. До поворота на Слободу, как свидетельствовал знак, было два с половиной километра.

– Малыш, ты сейчас сядешь в «КамАЗ» и сделаешь все как положено. Понял меня?

– Да, понял, – ответил Малыш Никите.

Прохор Иванов явно не понимал, что сейчас должно произойти. Но повиновался приказу Никиты, понимая, что его согласие или отказ ровным счетом ничего не значат.