Колычев. Циклы детективов. Романы 1-44

Были у него свои каналы контрабандной транспортировки.

В принципе он мог бы помочь ворам. В принципе…

– Это все не так просто, – сказал он.

– Никто и не говорит, что просто, – парировал Земеля.

– Каналы есть. Но не хотелось бы допускать к ним чужаков…

– А мы разве чужаки? Мы свои.

– Может быть, свои. А может, и нет… Корона, воровское братство – это все хорошо. Но я не хочу, чтобы это осталось на уровне разговоров…

– Нет, все очень серьезно, – кивнул Агдам.

– И все же я хотел бы получить гарантии.

– Какие гарантии?

– Вы можете меня кинуть. Я человек практичный, поэтому не исключаю этот вариант. Если я буду в законе, вы меня не кинете, это однозначно. Корона – это и будет гарантия с вашей стороны. Меня коронуют в законные воры, а я уступаю вам свои каналы для транспортировки товара за бугор."

"И бабки через свои офшоры проведу, чтобы чисто на счета в швейцарском банке легли…

– Дело говоришь, – кивнул Земеля. – Швейцарский банк – это круто…

– Хорошо, пусть будет так, – согласился Агдам. – Мы тебе – корону, ты нам – путевку на Запад. Договорились.

Возможно, Родион попадет в разряд «апельсинов», тех, кто покупает воровскую корону. Или в разряд «сухарей» – не очень авторитетных воров. Но сейчас ему все равно. Со временем он докажет всему воровскому братству, что его короновали не зря…

Договор был скреплен водкой. Родион не смог протащить в камеру сотовый телефон, зато с пойлом проблем не возникало. За бабки можно было проститутку в камеру заказать.

Бабу можно, а телефон нельзя… Ничего, у него уже есть мобильник. И он может связаться со своей братвой, не отходя, как говорится, от кассы.

После непродолжительного ночного застолья воры пожелали Родиону всех благ и отчалили в свою гавань. Данек быстро навел порядок и убрался на свою шконку. Ничто не мешало Родиону остаться наедине с внешним миром.

Он набрал номер домашнего телефона. Хотелось поговорить с женой, рассказать, как тяжело ему живется без нее.

Мало того, он собирался попросить у нее прощения за свою несдержанность. Он должен был выслушать ее, вникнуть в ее проблемы, а не уходить, хлопая дверью. Этого больше не повторится…

Трубку сняла Алена, телохранитель Лады.

– Да!

Время позднее. Четвертый час ночи или, вернее, утра.

А голос у нее бодрый. Только нервозность какая-то прослушивается.

– Это Родион. Где Лада?

– Лада?! – голос Алены предательски задрожал.

Как будто что-то оборвалось внутри его. Неужели с Ладой случилось что-нибудь страшное?

– Что с ней? – встревоженно спросил он.

– С ней? С ней все нормально… Вернее, не все нормально. Но с ней нормально…

– Нормально, не нормально. Что ты несешь? Где Лада?

– Она… Она уехала…

– Куда? В Заволжск?! Тогда почему ты дома?…

– Я не знаю, куда она уехала.