Колычев. Циклы детективов. Романы 1-44

Можно сгореть.

Он думал, что Живчик найдет его в душе. Он что-то там насчет Оксанки говорил... Но Живчик так и не появился. А ходить искать его Глеб не стал. Так тяжело было крутить педали...

Живчика в тот день он так и не увидел. Зато встретился с самой Оксаной.

Организованной толпой они возвращались на базу. Все как положено, марш-бросок по темноте и на остатках сил. Головатому плевать, устал ты или нет. Бежать, и точка. Холодно, гололед – все по барабану. Звезданешься – сам во всем виноват.

А Глеб как раз чуть не звезданулся... Оксана во всем виновата. Она стояла у ворот стадиона под ярким фонарем и ждала его.

– Глеб! – услышал он ее тонкий голосок.

Он глянул на нее. Тут оно и случилось. Нога подвернулась, тело занесло в сторону. Но все же ему удалось сохранить равновесие.

Глеб вывалился из толпы и захромал к Оксане. Он не должен был этого делать. Дисциплина в команде для всех. И он первый, кто должен ее соблюдать... Но Оксана такая эффектная. Свежая, румяная. Был бы полушубок посветлей, ее можно было принять за Снегурочку.

– Оксанка! Ты как тут оказалась? – Глеб разыграл удивление.

А он бы и удивился, если бы Живчик не предупредил его. Оксанка собиралась устроить ему проверку. В самом ли он деле ночует на базе... Она что, жена ему?

– А по тебе соскучилась, – лукаво улыбнулась она.

– Я по тебе тоже.

– Заметно. За две недели мог бы хоть раз появиться.

– Две недели? Мы всего две недели не виделись?.. А я думал, два месяца... Знала бы, что тут с нами вытворяют. Неделя за месяц идет. Что ни день, то каторга...

– Да я вижу. Выглядишь ты неважно. Еле живой...

– Тренер все жилы вытянул... А потом? Сама видишь, мы на казарме сидим.

– На казарме сидите?! На крыше, что ли?

– Ну это так говорят. Армейский жаргон.

– Но ты же не в армии.

– А здесь еще хуже... В армии хоть на женщин тянуло... Здесь только на ворота тянет. Вот сейчас закрою глаза. И ворота вижу.

– Я слышала, в армии отпускают в увольнение. А у вас?

– А у нас в квартире газ. Слезоточивый. До слез себя жалко. А поделать ничего не можешь. Тренер – зверь. Лютует, ужас. Домой можно уйти только ногами вперед...

– Ты шутишь?

– Если бы...

– Не шутишь. Значит, врешь.

Потрясающе. Сам бы Аристотель позавидовал этой философско-логической аксиоме.

– Да нет, серьезно..."

"– Ну да, так я тебе и поверила. Сразу скажи, что я тебе надоела. Вот и бегаешь от меня...

– Ну, а если бегаю?.. – Глеб сбросил с лица плутовскую улыбку и серьезно посмотрел на нее. – Слышал я одну очень занимательную историю. Насчет себя. И насчет тебя... Оказывается, я тебя бросить не могу. С меня за это спросить могут. Чисто по понятиям...

– Что ты такое городишь? – смутилась Оксана.

– А что, не так?

– Не так!.. Хотя, может, и так... Я не знаю... Мне все равно, что там Славян нагородил...