Колычев. Циклы детективов. Романы 1-44

Но приходилось терпеть и отвечать на «постановочные» вопросы.

– Так я не понял, ты чо, мент? – ухмыльнулся парень."

"Сейчас Кирилл точно знал, что он на ментовской хате. И точно знал, что его разыгрывают... Только розыгрыш этот слишком жестокий. Этот спецназовец должен знать, как относятся к ментам в обычных камерах. Там не до шуток. Ментов режут, насилуют, убивают.

Кирилл на собственной шкуре прочувствовал всю ненависть к ментам. И у него есть полное право спросить у этого шутника за его тупые приколы.

– Ну, мент, – угрожающе усмехнулся Кирилл.

– А ты знаешь, что с ментами бывает?

Парень не почувствовал угрозы. Или не воспринял ее всерьез. Что ж, сам виноват в том, что он такой тупой...

– Знаю, – кивнул Кирилл.

Спецназовец ничего не успел понять, а уже валялся на полу. Он попытался встать, чтобы броситься на обидчика, но Кирилл провел подсечку и рукой добавил ускорения. Парень снова сел на задницу – в прямом и переносном смысле.

Такой расклад ему явно не понравился. Он попытался взять реванш. Кинулся Кириллу в ноги, попытался провести прием. Но тут же мощный удар по темечку выбил из него сознание.

Кирилл обвел камеру хищным взглядом. С вызовом спросил?

– Ну, кто там еще на мента?

Желающих драться больше не было. Зато нашлись говоруны.

– Э-э, парень, ты что, в шутку юмора не въехал?

– Мы ж тоже менты...

– Ты чего такой деревянный? Это ж ментовская хата...

Хата, может, и ментовская. Но никто не имеет права оскорблять Кирилла.

– Это кто деревянный? – жестко оскалился он.

Ему не составило труда вычислить обидчика. Это был мужчина лет сорока. Дорогой спортивный костюм, холеное лицо. Видно, какая-то милицейская шишка. Может, полковник. Или даже генерал... Но Кириллу все до фонаря. Он подошел к нему, резким движением схватил за грудки и сорвал с лежака.

Вряд ли он был большей комплекции, чем этот важный чин. Но сила в нем чудовищная. Он оторвал его от пола, поднял на вытянутых руках.

– Это кто деревянный? – грозно спросил Кирилл.

– Да ты не так понял... – начал оправдываться чин.

– Знаешь, как тебя зовут? – спросил Кирилл. – Тебя зовут Буратино, понял?

– Понял, – жалко пролепетал шишкарь и с грохотом приземлился на свою шконку.

Кто-то тронул Кирилла за плечо. Он обернулся и увидел перед собой амбала в тельняшке. Тяжелые надбровные дуги, приплюснутый нос, массивный подбородок.

– Я не понял, что тут за шум? – Это был смотрящий. Его жесткий пронизывающий взгляд впился в Кирилла. – Ты, что ли, бузу здесь поднял?

Кирилл молчал. Он не собирался оправдываться. Пусть оправдываются другие.

– Ты кто такой?

– Я не понял, мы что, стоя будем разговаривать? – скривил губы Кирилл.

Смотрящий пошевелил челюстями – как будто вопрос разжевал. Пренебрежительно хмыкнул и махнул рукой, приглашая в свой уголок.