Колычев. Циклы детективов. Романы 1-44

А как же без своего человека в запасном тылу основного врага?…

– Как у нее с жильем?

– Кулаков не дурак. Молодую вдову с квартиркой урвал. Она одна живет. В Юбилейном микрорайоне…

– Отлично. Пусть нам встречу со своим хахалем организует. Чтобы аккуратно все было, без шума и пыли…

– Когда?

– Побыстрее. Нам с этим делом тянуть нельзя…

Машина въехала во двор дома. Все та же многоэтажка, в которой Родион жил с детства.

– Я понимаю, что тебе здесь нравится, – высказал свое мнение Колдун. – Но тебе надо поскорее дом достраивать. В собственном доме безопасней…

– Не вопрос, – не мог не согласиться Родион. – Есть дом. Уже достраивается…

Ему, кстати, сегодня снился дом. В него уже можно было вселяться. Новый дом во сне, говорят, к смерти. Но ведь это был дом, который строился не во сне, а реально…

Телохранители шустро юркнули в подъезд. Обследовали его. И только после этого Родион вышел из машины. Меры безопасности лишними не бывают. Он поднялся на этаж, нажал на клавишу звонка. Дверь не открывалась. Странно, Кира должна быть дома. Недоброе предчувствие холодным сквозняком прошло через душу. Родион услышал, что в квартире плачет Эдик. Плачет, а его никто не успокаивает. Дверь он открыл своим ключом. Ворвался в квартиру, вихрем пронесся через холл, влетел в гостиную. И оторопел.

В кресле сидел телохранитель Киры. Вернее, его труп. Опущенная рука касается лежащего на полу револьвера, простреленная голова лежит на груди.

– Е-мое! – ошарашенно протянул Леньчик.

– Спокойно, – выдавил из себя Родион. – Руками ничего не трогать.

– Ментов вызывать?

– Нет.

На негнущихся ногах Родион двинулся к спальне, откуда доносился плач Эдика. Открыл дверь. И от ужаса волосы у него поднялись дыбом. Вместо люстры под потолком висела Кира. На мертвом лице застыла страшная предсмертная гримаса.

Ребенка успокаивал Леньчик. Он взял его на руки, прижал к себе. Только после этого достал мобильник и стал куда-то звонить. Родион стоял как парализованный и тупо смотрел на мертвую жену…

На какой-то миг перед глазами возникла злорадствующая физиономия покойного Шустрика. Это он, гад, накаркал. Это он тогда сообщил, что Кира и Эдик погибли. Наврал, скот. Но смерть накликал…

Но ведь Эдик жив. Сын живой!… Радость с огромным трудом проникала в заблокированную душу. Да и не радость это была. А всего лишь облегчение. Как он может чему-то радоваться, если Киры больше нет… Родион забрал Эдика, крепко прижал его к себе.

В квартире появились Колдун с Витьком. Они с ходу поняли, в чем дело. И сразу же увели очумевшего Родиона подальше от трупа. Усадили в кресло в его домашнем кабинете. Эдик остался с ним. Он никому не собирался его отдавать.

– Тебе, Родион, успокоиться надо, – суетился вокруг него Витек.

Вытащил из бара бутылку коньяка.