Колычев. Циклы детективов. Романы 1-44

– А перед Аркадием ты тоже преклонялась?

Родион поймал себя на том, что ревнует Элону.

– Нет, перед ним я не преклонялась. Но как мужчина он мне нравился…

– Ты спала с ним? – зло спросил Родион.

Вместо ответа Элона поднялась со своего места, молча подошла к Родиону. Хлоп! И лицо обожгла звонкая пощечина. Элона ударила его и преспокойно вернулась на свое место. Холодно посмотрела ему в глаза Она не боялась, что он ударит ее в ответ. Знала – он на такое не способен.

– В моей жизни было всего двое мужчин. Ты и Вениамин. Запомни это раз и навсегда!… Аркадий – это ошибка. Я не жалею, что свела его с Вениамином. Я жалею, что вообще знала его…

– У тебя все? – сухо спросил Родион.

– Насчет Аркадия или вообще?

– И насчет него, и вообще.

– Нет, я хотела тебе сказать…

– В следующий раз скажешь. А сейчас уходи…

Элона продолжала оставаться на месте.

– Извини, но мне нужно побыть одному…

Но Элона не вняла его просьбе и на этот раз. Она смотрела на него и мягко улыбалась. В глазах свет и тепло.

– Конвоир! – закричал Родион.

Появился вертухай. Почтительно застыл на пороге. Словно перед большим начальством предстал.

– Выводи, – поднимаясь, распорядился Родион.

Для порядка он свел руки за спину и направился к выходу. На Элону он старался не смотреть. Но чувствовал на спине ее ласкающий взгляд. Не женщина, а само искушение во плоти…

***С женой Родион встречался в комнате для свиданий. На общих основаниях. Кира даже не знала, что к нему можно попасть в качестве адвоката, а это разговор наедине в отдельной комнате и долгое время. Она не знала, что в тюрьме он на привилегированном положении. И не очень верила, что у него все в полном порядке. Родион мог разубедить ее. Но не хотел напоминать о своем особом положении. Ей в угоду хотел, чтобы для нее он был таким, как все.

– Я верю, что ты ни в чем не виновен, – со слезами на глазах говорила она. – Я не могу поверить, что ты мог кого-то убить.

Как будто сам Родион в это верит… Иногда ему казалось, что Боксера и Самбиста он убил в горячечном сне. Но чаще он отдавал себе ясный отчет в том, кто он на самом деле. Холодный бездушный убийца. И тогда на душе становилось мерзко. Было бы совсем тошно, если бы он убил невинных. Но Боксер и Самбист виновны в гибели его друзей. И они ответили за свои злодеяния…

– О чем ты думаешь? – спросила Кира.

– Все правильно, – кивнул он. – Не мог я их убить…

– Я спрашиваю, ты передачу от меня получил?

– А как же, все было очень вкусно.

После сегодняшней встречи с Элоной лед на душе дал трещину. Оказывается, его старая любовь еще что-то значит для него… Но все-таки Кира значит для него куда больше. Она для него как домашний очаг. Постоянная и надежная.