Колычев. Циклы детективов. Романы 1-44

Это был бы убойный удар. Козлиные яйца смялись бы в лепешку, скатались бы в трубочку и выскочили через задницу. Но не сложилось. Третий мордоворот ловко провел подсечку, и Родион рухнул на жесткий бетонный пол, сам скатался в трубочку от мощного удара в живот.

Только напрасно думали сучары, что смогут в полное свое удовольствие бить его и добивать. Родион сдаваться не собирался. Очередной удар в живот чуть не разорвал его пополам. Но не выбил из него бойцовский дух. Родион поймал ногу, крепко ухватил руками и рванул на себя. И вместе с тем крутнулся на полу, сам провел подсечку. Мордоворот рухнул в проход между шконками и в падении ударился головой о стол. Сознания не потерял, но на какое-то время выбыл из игры. Этого хватило Родиону, чтобы поймать на прием третьего урода. Под лавиной ударов он исхитрился дотянуться до него и железной хваткой вцепиться ему в яйца.

Мордоворот ревел от боли, молотил его кулаками по голове. С каждым разом удары его делались все слабей, зато рев становился все громче. Родион выкручивал сучаре яйца до победного. Пока тот не лишился сознания от дикой боли. Он бы мог просто упасть на пол. Но Родион добавил ему ускорения и со страшной силой приложил головой к полу. Было слышно, как хрустнули черепные кости. Возможно, это смерть. Но Родиона такой исход мог сейчас только радовать.

Он страшно устал. Боль скручивала внутренности, от ударов по кумполу правое полушарие мозга, казалось, поменялось местами с левым. В голове двенадцатибалльный шторм, тошнота выворачивала душу наизнанку, усталость иссушила силы в руках и ногах. Но, несмотря на это, надо было идти вперед. Один из уродов уже пришел в себя, и его нужно остановить. Родион бросился на него с кулаками. Но не смог ударить точно. Кулак провалился куда-то за голову. Да и силы в ударе никакой… Нет сил. Но есть воля. И злость…"

"Мордоворот перехватил его руку, захватил шею в замок, прижал голову Родиона к груди. Удар страшной силы обрушился на голову. Как только удар не раскроил череп… Родион терял сознание. Но не терял воли к победе. Дикая ненависть заставила его вырвать голову из тисков. Перед глазами как из тумана выплыл кадык врага. В тот же миг из жертвы он превратился в озверевшего волка. И зубами вцепился в горло врагу…

Он смутно осознавал, как падал на пол вместе с мордоворотом, как продолжал вгрызаться в его плоть, как тот бился в конвульсиях. Зато он хорошо помнил, как чьи-то сильные руки оттащили его от полумертвого врага, как армейский сапог врезался ему в живот. От боли он согнулся пополам, и тут же руки его оказались за спиной… Это были вертухаи. Они с силой рубанули Родиона по почкам. Но не для того, чтобы оставить на съедение сучарам. А чтобы успокоить и без проблем вывести из пресс-хаты.