Колычев. Циклы детективов. Романы 1-44

А вдруг пригодится…

– Тебе нужно умереть…

– Хороший вариант, – натянуто улыбнулся Родион. – Я только жить начал. А ты – умирать…

– Необязательно умирать по-настоящему. – Ветряков оставался серьезным. – Ты можешь сделать так, чтобы все поверили в твою смерть.

– Как?

– Извини, но я тебе не Дом Советов… Не думай, что я умнее тебя. Просто мне все это время везло. Но, чую, везение заканчивается. Поэтому мне пора уходить. Все, прощай!

Ветряков повернулся к Родиону спиной и быстрым шагом двинулся в глубину леса. Скоро он исчез из видимости. Как будто его и не было. Но труп Шустрика явственно напоминал о нем…

Родион прислушался. В лесу тихо. Только со стороны дороги донесся шум промчавшейся машины. И снова тишина. Рядом два трупа с «волынами» лежат. Колек в машине с простреленной головой. Похоже, машина до сих пор стоит возле дороги незамеченной. Раненая нога разболелась. Мешала идти. И тем более Родиону нужна была машина. Он вышел к ней. Снова прислушался к тишине. Все спокойно. И злосчастный грузовик с перекрестка уже съехал.

Родион подошел к «бэхе». Вытолкал труп Колька на пассажирское место. Занял место за рулем. Машина завелась с пол-оборота. Родион выехал на трассу, свернул на ближайшую дорогу, ведущую в лес. Только далеко по ней проехать не смог. Пули серьезно повредили систему охлаждения двигателя. Мотор перегрелся и застучал. А ведь он мог еще и загореться… Родион вспомнил пылающую машину, в которой сгорели два его бойца и пленник. Труп последнего опознать не удалось – настолько обгорело тело…

Если разобраться, в чем-то вояка был прав. Самый лучший выход из ситуации – умереть. И со стороны понаблюдать за тем, как будут разворачиваться в городе события после его «смерти». Таинственный враг рано или поздно покажет свое лицо. Но это случится только после того, как Родион перестанет ему мешать…

Да, пожалуй, это не самый худший выход из положения.

Родион вытащил из машины труп Колька и принялся лихорадочно его раздевать. Верхняя часть его теплой кожаной куртки была заляпана кровью и мозгами. Но Родион не обращал на это внимания. Зато свитер, рубаха, джинсы и боты в полном порядке.

Он не просто раздел водителя. Он поменялся с ним одеждой. И цепур на него свой золотой навесил, и часы на руку надел, перстень-печатку на палец натянул. И документы свои отдал, даже деньги в бумажнике оставил – все до цента.

В отличие от большинства зэков, Родион не признавал татуировок. Что-то в них от дикарей из племени юмбу-мумбу. Поэтому ни на зоне, ни на воле он не уродовал свое тело. Но татуировка – это пустяк. Рисунок может сгореть в огне. А вот как быть со шрамами?… Эти тоже могут сгореть… А вот как быть с носом? Он у него сломан в нескольких местах.