Хозяин Священной Колыбели

Вот бы я ошибалась… Вот бы…

Сила, с которой не может сравниться сила бога? А во мне и Виктране именно она, и немножко энергии от Священной Пары. Скорее даже, не ее сила, а благословение…

Но что, если только на минуту представить, что в старшем менталисте собрана сила всех трех богов? Что, если они добровольно все трое на это пошли? И неважно, по какой причине была дарована ему сила Священной Пары, и каким образом тот, кто был обласкан силой двух богов, вдруг возжелал и силы третьего бога – Зурара.

Тогда Рэндар совершенно точно не лукавит. Он прав: противостоять тому, кто имеет мощь трех могущественных существ – непосильная задача. Конечно, при условии, если менталист сам не нарушит слово, данное Священной Паре, и та не отрежет его от потока собственной энергии.

Чертовы законы вселенной и бытия!

– Верно. Все еще уверена, что тебе не нужна моя исповедь? И моя помощь. Ее цену ты знаешь.

– Рэнди, – проигнорировав его браваду, выдохнула я. – Я могу снять твои печати и сохранить твою жизнь. Вот только с Зураром мы и без тебя справимся. Так или иначе, но способ найдется. И даже папаше твоему противостоять сможем, всего-то и нужно – заставить его нарушить клятву, данную Священной Паре, чтобы лишить части силы. Я прекрасно поняла твой намек.

Я впервые увидела, как вся уверенность буквально сползла с лица Рэндара. До него дошло, что, желая поторговаться, он все же сболтнул лишнего.

– Я вам не нужен, – побелевшими губами глухо произнес мужчина. – Мне нечего предложить…

– Нагадил – убирай, – повторила я и коснулась плеча менталиста, открывая тропу. – И, пожалуй, начнем с главного – с детей.

***

Виктран

Время остановилось. Все утратило значение. Момент, когда я ступил на территорию Погребенного города, будто кто-то стер из памяти, впрочем, как и все, что было до него. Исчезли звуки, лица, желания, мысли. Само мое существование казалось странным, неправильным элементом.

Кто я? Что здесь делаю? Зачем?

Я блуждал по лабиринтам черного тумана, вырывая из памяти разрозненные куски, и никак не мог собрать их воедино. Я не помнил ни голосов, ни лиц, но в то же время отчетливо знал, где нахожусь. И даже помнил, отчего от меня разит кровью. Я был в ней словно искупан с головы до ног.

Но зачем? И чья это кровь?

Почему-то в то, что я мог кого-то убить, не верилось. Нет, не совсем верно. Я знал, что способен на это. Однако во мне жила уверенность в том, что нынешнее состояние – не результат какой-то борьбы. Более того, я вдруг четко осознал – кровь отдана добровольно и с какой-то благой целью.

Сколько я ходил в тумане? Не знаю… И сколько же раз я подавлял желание прекратить свои передвижения. Просто сесть на землю, затем лечь… Закрыть глаза и раствориться в тишине. Наверное, именно тишина меня и останавливала.