Кольцо «Принцессы»

Никаких миров, летающих тарелок… Ничего такого не было!

Как только он ушел, Герман снова забрался на подоконник и высунулся в форточку. Солдатики красили, нежились на солнце, говорили о дембеле.

– Мужики! – крикнул он. – Лови витамины! – И высыпал на их головы принесенное Заховаем в пакете…

В тот же вечер во время прогулки ему встретилась Алина. Несколько дней ходил, дежурил возле жилого комплекса – не было, а тут словно из-под земли выросла и в месте неожиданном – неподалеку от инфекционного отделения, где и людей-то не бывает и куда Шабанов забрел, чтоб никто не мешал. Вдруг выступила из-за деревьев на дорожку, будто в засаде сидела, нарядная, в вечернем платье из тяжелой, скользкой ткани, в бусах и брякающих браслетах, и туфельки, хотя для этой местности лучше бы подошли сапоги.

– Здравствуй, Герман! – сказала, будто бы удивилась.

Он не сразу узнал ее – видел-то только в халате и колпаке, со скрученной на затылке фигушкой вместо прически; тут же перед ним оказалась настоящая дама, разве что с украшениями и макияжем явно переборщила.

– Привет. – Шабанов сунул руки в карманы больничных штанов. – Ты кто?

Она засмеялась, зазвенела украшениями, как новогодняя елка, зашуршала платьем.

– Ты же искал меня, ждал… Видишь, встретились случайно!

– Откуда ты знаешь, что искал? – безразлично спросил он. – Я никому не говорил…

– Почувствовала… Ну, пойдем погуляем вместе? – Алина взяла его под руку с левой стороны.

– Ты ничего, красивая, – одобрил он. – С тобой не стыдно будет на люди показаться.

– А зачем ты искал меня? – Алина явно хотела очаровать, смотрела загадочно, из-под опущенных ресниц.

– Было желание придушить тебя, как кошку. – Шабанов ощутил, как напряглась ее рука под мышкой. – Так разозлился… Ты же сама дразнила, провоцировала… Разодрала руку. А потом заявила, будто я – сексуальный маньяк. Вот только скажи, что такого не говорила!

– Говорила, – вымолвила Алина, озираясь. – Но меня заставили, вынудили… Следователь из военной прокуратуры велел написать заявление… Из-под ногтей взяли соскобы… Я не хотела! Ну правда!

– Знаю, тогда они думали меня или в тюрьму посадить, или в дурдом упрятать.

– Но я-то не знала!.. Ты мне понравился… И я действительно приходила ночью к твоей палате. Просто так, поговорить!.. У тебя сидел Митрич…

– Зачем ты начала дразнить?

– Решила отомстить… Лучше бы ты сделал какое-нибудь гнусное предложение, чем просить денег на бутылку.

– Злопамятная, что ли? Это мне не нравится. Женщина должна уметь прощать и долго не сердиться.

– Нет… но ты же обидел меня!

– Может, тебя попросили устроить провокацию? Чтоб я напал?

– Никто не просил! Поцарапала, чтоб знал, и все… Ты же вел себя нахально и грубо!

– Мне было очень тяжело.