Кольцо княжны Таракановой

Нам требуются либо заверенные бумаги, либо надежные свидетели, которые могли бы подтвердить ее происхождение.

Тем же вечером граф, немного смущаясь, обратился к своей возлюбленной:

– Ангел мой, возникли некоторые препятствия к нашему браку. Я думаю, ты можешь их без труда устранить.

– Что же от меня требуется? – спросила княжна, сложив веер.

– Желательно предъявить имперским чиновникам заверенные бумаги о твоем происхождении либо несколько вполне надежных свидетелей, которые могли бы его подтвердить.

Княжна замолчала и отвернулась к окну. Так она стояла несколько минут, затем снова повернулась к Лимбургу и проговорила, с трудом сдерживая слезы:

– Я не хотела говорить тебе всю правду, потому что боялась, что ты отвернешься от меня, когда узнаешь ее.

– Но, ангел мой, правда всегда лучше лжи!

– Смотря какая правда… на самом деле я не рождена при персидском дворе, меня отвезли туда в младенчестве, чтобы сохранить мою жизнь, которой угрожала смертельная опасность. Меня воспитали в Персии, но подлинная моя родина – Россия.

– Россия? – удивленно переспросил граф.

– Да, Россия. Я – дочь законной императрицы, дочери Петра Великого Елизаветы, от ее морганатического супруга, гетмана всех казаков Алексея Разумовского.

Граф удивленно взглянул на свою взбалмошную возлюбленную. Она каждый день преподносила ему новые сюрпризы. И теперь вот это… ее царское происхождение… смутные подозрения закрались в его душу. Но княжна улыбнулась ему своей неотразимой улыбкой и засмеялась своим чарующим серебряным смехом, и граф Лимбург, имперский князь и кавалер ордена Золотого Руна, забыл обо всех сомнениях."

"Был двенадцатый час ночи, когда Даша, едва передвигая ноги от усталости, добралась до дома. Хорошо, что не встретила никого из соседей, потому что когда она посмотрела на себя в зеркало в прихожей, то просто ужаснулась.

Волосы висят путаной паклей, тушь размазана, одежда грязная, ногти обломаны. И еще запах, от нее шел жуткий запах плесени и подвальной сырости. Хотелось долго-долго отмокать в ванне, потом завалиться в кровать и проспать минимум сутки.

Но нельзя, потому что следует непременно убрать следы случившегося в квартире.

Даша с отвращением сняла джинсы и куртку и запихнула их в стиральную машину. Надела резиновые перчатки и приступила к стенному шкафу в прихожей. Обнаружила там лужу крови, которая натекла из покойника. А вот интересно, как он вообще умер? Вроде бы никаких особенных повреждений она на теле не нашла, впрочем, она подробно не рассматривала.

Откуда-то в шкафу накопилась куча старых рекламных газет и журналов, они пропитались кровью, и Даша сложила их в пакет и приготовила на выброс, старые кроссовки, также испачканные кровью, тоже пойдут на помойку.