Когда землю укроет снег

— Понятно, понятно, — усмехнулся он в усы. — Тогда нам действительно нет смысла что-либо тут искать. Кровь ведьмы — мощный щит и скроет все то, что она сама не захочет явить нашему взору.

— Если есть что скрывать, — сухо вставила я, меня напрягло, в какое русло свернул наш разговор.

— Это да. Это конечно. Но тайны есть у всех, не так ли?

— Вам виднее, вы с разными людьми общаетесь.

Промолчал, рассматривая меня со странной улыбочкой, от которой у меня мороз по коже пробежал. Но продолжать этот странный разговор не стал:

— Всего доброго, госпожа ведьма.

— Всего доброго.

Меня долго трясло после их ухода. Сложно было выровнять эмоциональный фон, который мешал без огрех сдерживать в узде резерв силы. Ощущение, что Моховой о чем-то догадывается, не проходило. Но тогда возникал вопрос: почему он до сих пор не скрутил меня и не подверг допросу с пристрастием? Чего ждет? И ведь сил, находящихся в его распоряжении, хватило бы с лихвой.

Долго разбираться в хитросплетениях логики этого зверолова я не стала, все равно не понять, что у него на уме и какой следующий шаг он сделает.

Теперь вопрос был в другом — что делать мне? Бежать? Но как? С Кианом на руках и лисенком на загривке? Пешком по болотам и топям? Даже если случится чудо и мне удастся скрыться от них, замести следы — куда именно направляться? Где может найти пристанище и приют беглая ведьма с ребенком? Ответ напрашивался только один — у перевертышей, но туда мне дорога заказана.

Весь вечер и до самой ночи я пыталась найти выход и не могла. Впервые за долгое время не знала, что делать дальше.

Киан давно уснул, хотя укладывать его пришлось долго. Он чувствовал, что опасность рядом, и все боялся меня отпустить. Мой маленький защитник.

Еще раз проверив охранки, я подошла к яме.

Лисенок уже очнулся и ждал меня.

— Как себя чувствуешь? — Я протянула ему большой ломоть хлеба и крынку молока.

— Лучше.

— Идти сможешь?

— Не знаю, — слегка пожал острыми плечами и одним махом выпил все до капли, после чего вгрызся в хлеб. — А надо?

— Звероловы подозревают, что ты здесь. Доказать пока не могут, но подозревают.

— Меня ищут, — вновь повторил он. — Перевертыши. Я точно знаю.

— И что? — я невесело ухмыльнулась. — Думаешь, что, если выйдешь отсюда, сможешь их найти? Не получится, за домом все время следят.

— Нет, но можно позвать их сюда.

— Ты предлагаешь мне наслать на деревню перевертышей?

От одной только мысли о стае злобных монстров, что придут сюда, у меня кровь застыла в жилах. Я ведь не знаю точно, какие они на самом деле. Всю жизнь нам внушали, что они зло, исчадия Темного Бога, коих он наслал еще на наших предков. Даже несмотря на то, что я видела их другими тогда, в банке, старые страхи были очень живучими.