Когда закон бессилен

Освободился по помилованию.

— Вот как? — удивилась женщина. Дверь немного приоткрылась.

— Кажи корочки! — потребовал Граф.

— Вы знаете, — сказала женщина, я бы поступила точно так же.

Участковый показал в щель раскрытое удостоверение. Теперь вытяни руки и покажи морду, — сказал Суворов. Отпустив непечатное в его адрес, милиционер, протянув руки, высунулся сам.

— Похож, — буркнул Граф. Дверь открылась. — Заходите, гражданин-товарищ-барин, — пригласил Граф и увидел женщину. Оба некоторое время смотрели друг на друга.

— Вы, наверное, помощник участкового? — спросил Граф.

— Я ваша соседка, — засмеялась она.

— Я ваш участковый, — перешел к официальной части своего визита старший лейтенант, — Трубин Филипп…

— Слышь, начальник, — провожая взглядом входящую в соседнюю квартиру женщину, прервал его Граф, — давай без игры в доверие. Ты мент, я преступник. Говори, чего надо, и вали. Надзор у меня помиловка сняла. Так что выкладывай, зачем пожаловал и арриведерчи.

— Документы есть? — спросил участковый. — Или еще не получили паспорт?

— Давай на «ты», — поморщился Граф, — так и проще, и легче. А ксива вот, — он отдал милиционеру паспорт.

«Где же я соседку видел? — пытался вспомнить Граф. — Блиндер буду сапоги, это же моя соседка по купе из Вологды».

— Суворов, — услышал он строгий голос участкового, — предупреждаю: не устраивай здесь сборищ! Если…

— Слушай, старлей, — спокойно проговорил Граф, — ты для начала занырни в МУР. Знаешь, есть такое всеславное учреждение на Петровке. Там все за меня обрисуют. А будешь надоедать, я звякну туда и скажу, что ты мне жить не даешь. Представляешь, что будет?

Волошин, пытаясь прогнать сон, провел ладонями по небритому помятому сном и похмельем лицу.

— Ты слышишь? — закричала мать. — Валерку убили! На квартире! Говорят, прямо на кровати застрелили!

— Как же это, — прошептал Дмитрий, — за что?

— Нюрке дочь позвонила, — продолжала мать, — она в одном доме с ним живет. Вот и сказала, что Валерку вбили. Господи, — всплеснула она руками, — да что ж делается-то? Никак скоро конец свету будет. Бабы говорят, что в писании Божьем так и сказано…

Не слушая ее, Волошин быстро вошел в комнату. Бросил случайный взгляд в зеркало и замер. На него смотрел худой бледный человек с заросшим щетиной лицом. Спутанные волосы не скрывали залысин.

Мать честная, — пробормотал он, — на кого же я похож. Хватит, — Дмитрий помотал головой. — Так ведь и сопьюсь в корень. Но за что Валерку-то убили? — зажмурившись, Дмитрий застонал. — А Сашку с Зинкой? Их-то за что убили? Да что же происходит? Подожди, — неожиданно вспомнил он, — ведь Валерка хотел что-то узнать. Что? — уставившись в одну точку, нахмурился. — Черт возьми, совсем спился. Память, и ту потерял.