Когда трепещут мечты

Лесли зачарованно смотрела, как зрачки

Дэв расширяются, как медленно приоткрываются губы. Она чувствовала, как руки

Дэв скользнули по ее бедрам.

– Тебе надо встать, Лес, – срывающимся

голосом сказала Дэв. – А то мы опрокинем мотоцикл.

Лесли не хотелось двигаться. Ее дыхание

участилось, а сердце, казалось, бьется в едином с Дэв ритме. Теплое майское

солнце грело обнаженные ноги Лесли, но внутри сейчас было намного горячее.

Казалось, будто ленивая, густая, как сахарный сироп, жидкость будоражит изнутри

весь низ живота.

Дэв задрожала всем телом.

– Дэв, в чем дело?!

Дэв чувствовала, что ей становится тяжело

дышать. Почти паникуя, срывающимся голосом, Дэв закричала:

– Лесли! Слезай! – Она схватила Лесли и

отодвинула от себя. – Мне надо идти.

Ничего не понимая, Лесли растерянно

смотрела, как Дэв садится на свой мотоцикл и через мгновение уносится прочь.

– Лесли, – окликнула ее Эйлин Харрис,

озабоченно вглядываясь в лицо дочери. – Ты хорошо себя чувствуешь?

– Что? – переспросила Лесли, оглядываясь

вокруг так, будто видит эту кухню впервые. Она встряхнула головой, и призраки

прошлого растворились в воздухе. – Все в порядке, просто задумалась.

Эйлин вытерла руки полотенцем:

– Судя по всему, Дэвон была не из тех

девчонок, которые вписываются в любую компанию.

Лесли нахмурилась:

– О чем ты?

– Я не имела в виду ничего плохого, –

ответила Эйлин, искренне удивляясь раздражению дочери. – Она интеллигентная и

очень милая. Просто я не могу представить, что она интересовалась тем же, чем

ты и твои подруги.

– Спасибо, мам, – сказала Лесли, резко

вставая из-за стола. Подойдя к раковине, она выплеснула остатки кофе и с

громким стуком поставила кружку. – Ты так говоришь, как будто у нас всех был

лишь ветер в голове, и мы не интересовались ничем, кроме сплетен и косметики.

Эйлин удивленно подняла брови:

– У меня и в мыслях не было осуждать тебя

или твоих друзей. Я просто заметила, что Дэвон явно отличалась от остальных.

– Отличалась? – Лесли сложила руки на

груди. – От кого? От тех, кем мы были, или от тех, кем мы были по твоему

мнению? Разве ты знала, какой была я?

– Мне казалось, что знала, – тихо сказала

Эйлин. – По крайней мере, на столько, на сколько ты мне позволяла тебя узнать.

– Я позволяла? – Лесли хотелось кричать

во весь голос. Понимая, что теряет контроль над собой, она огромным усилием

воли подавила гнев – как будто порыв холодного ветра охватил ее мысли и вымел

все ненужные эмоции. – Дурацкий разговор. Все это осталось в прошлом и уже не

имеет никакого значения.

Эйлин налила себе чашку кофе и тихо

спросила:

– Ты на самом деле в это веришь?

– Верю во что? – переспросила Лесли, в

тайне гордясь победой своего разума над эмоциями.