Когда правит страсть

До него дошли слухи о том, что Хендрик ухаживал за Обертой еще до того, как ее заметил король Эрнест, завоевавший ее любовь и сделавший своей королевой.

– Он теперь не выезжает в город так часто, как раньше, – ответил Кристоф.

– Какая жалость! Мне так не хватает его шуток. Он всегда умел меня рассмешить. А как ваша милая соседка Надя Браун? Уже завоевали ее сердце? Услышим ли мы свадебные колокола в ближайшем будущем?

Кристоф чуть было не скривился, однако вовремя овладел своими чувствами. Оберте просто захотелось немного посплетничать, но прошло слишком мало времени после сегодняшней неприятной сцены с Надей, чтобы избежать резкой прямоты в ответе:

– Мы с Надей всего лишь друзья детства, не более того.

Оберта казалась удивленной, но ее спутник нахмурился, думая о чем-то своем. Он был слишком стар и рассеян, чтобы следить за беседой. Пожилая леди быстро сменила тему на одну из своих любимых, адресуя реплику Фредерику:

– Мой внук Карстен снова дал мне повод им гордиться, – похвасталась Оберта. – Он открыл семейное дело, создавая рабочие места для простолюдинов. Он беззаветно предан Лубинии, не то что его безответственные родители, которые только и делали, что разъезжали по Европе, наслаждаясь беззаботной жизнью. Хорошо еще, что они оставили Карстена на мое попечение.

Оберта редко говорила что-то хорошее о своей дочери, матери Карстена, которая вышла замуж за француза против воли Оберты. Но она никогда не переставала нахваливать своего любимого внука. Очевидно, надеялась, что Фредерик, у которого до сих пор не было наследника, назначит молодого человека своим преемником.

– Что привело тебя сюда, Кристоф? – спросила королева Никола с нервной ноткой в голосе.

Кристоф знал, что она постоянно находится на взводе из-за мятежников, поэтому поспешил ее заверить:

– Нет причин для беспокойства. Мне всего лишь нужно посоветоваться с его величеством о деле, которое нельзя отложить до утра.

Фредерик больше не заставил себя ждать. Извинившись, он повел Кристофа через свои покои в личный кабинет, где их никто не мог слышать. Несмотря на приближающееся пятидесятилетие, король был все еще вполне крепок и здоров. Светловолосый и голубоглазый, какой была и первая королева, – и это наводило на мысль, что заговорщикам следовало бы подыскать такую самозванку, которая имела бы светлые волосы и голубые глаза хотя бы для поверхностного сходства с королевской семьей. Такими и были прежние самозванки. Как, впрочем, и половина лубинийцев.

Едва за ними закрылась дверь, Кристоф сразу перешел к делу:

– Прибыла очередная самозванка, ваше величество. Хотите ее увидеть?

Фредерик ни на мгновение не замешкался с ответом.