Когда он получает

— Ты никогда не брала на себя таких обязательств, — шепчет он. — Не по своей воле. Я заставил тебя, и все время говорил себе, что все сложится хорошо, потому что хотел, чтобы ты была со мной. Но увидев, как ты борешься за свою жизнь, я понял, что люблю тебя больше, чем свое эгоистичное желание удержать тебя рядом с собой. Если ты хочешь жить вдали от тьмы, которая сопровождает меня, я не стану стоять у тебя на пути.

Внутри меня что-то ломается. Он позволяет мне уйти. Я приложила все усилия, чтобы выбраться самой, думая, что он никогда не сможет этого сделать.

И он доказал, что я ошибалась.

Неро делает шаг вперед. — Это то, чего ты всегда хотела, верно? Выбора?

Так и есть. И должно быть. Но праздничного фейерверка, который я ожидала почувствовать прямо сейчас, нигде нет. Вместо этого моя грудь вибрирует от тупой боли.

— Если ты решишь поехать, я помогу тебе добраться куда угодно, куда ты захочешь. И у тебя будет столько денег, что тебе больше никогда не придется работать.

Его голос срывается, и он отворачивается от меня, его плечи опускаются.

Я смотрю на его спину. У меня руки чешутся, чтобы залезть под рубашку, притянуть его к себе и прижаться щекой к его теплу.

Но я не могу этого сделать.

Я люблю его, но я бегу не от него. Я бегу от человека, которым я стала, живя в его мире.

Поэтому я произношу слова, зная, что никогда не смогу взять их обратно. — Я уеду завтра.

Я вышагиваю возле спальни Блейк, пока доктор проверяет, можно ли ей ехать. В глубине души я цепляюсь за слабую надежду, что он скажет, что ей стоит подождать еще несколько дней. Не потому, что я планирую попытаться переубедить ее, а потому, что хочу уцепиться за каждую секунду, которую смогу провести с ней.

Несколько дней назад Джино позвонил и сообщил последние новости. Братва в смятении, Пахан мертв. Некоторые уже бежали из города, остальные пытаются выбрать следующего лидера. Ферраро пользуются хаосом и отбирают всех, кто может претендовать на эту должность. Скоро кандидатов не останется, и Братва отступит.

Джино также велел мне сегодня же явиться на службу в качестве капо. Я не сказал ни слова в ответ. Да и что было говорить? Блейк чуть не погибла, добиваясь для меня этого звания. Если кто и заслуживает моей благодарности, так это она, а не Джино Ферраро, который ничем не рисковал ради этой так называемой победы.

Доктор выходит из палаты Блейк, держа в одной руке свой кожаный портфель. — Все хорошо. У нее все отлично. Я сказал ей, что, поскольку она летит частным самолетом, ей следует передвигаться по салону, когда это возможно.

Я разрываюсь между желанием обнять его и желанием перерезать ему горло. С Блейк все будет в порядке. Это самое главное. Но эгоистичный ублюдок во мне бушует.

Она действительно сегодня улетает.