Когда исчезнет эхо

Не всепожирающим пламенем, в котором можно сгореть без остатка, а уютным, надежным огнем вовремя разожженного костра, у которого хорошо согреться в непогоду и на который так приятно смотреть, думая свои тревожные думы. В этом огне сгорали все страхи и пустые тревоги, так мучившие юную Вероникину душу."

"Сосед Василий Васильевич казался ей придорожным камнем, валуном на обочине. Неподалеку от деревни и коттеджного поселка было поле, когда-то давным-давно распаханное, а сейчас заросшее ивняком. Так вот, на нем там и сям встречались огромные замшелые валуны. Откуда они здесь взялись, было для Вероники полной загадкой. Вскоре после приезда они с мамой ходили прогуляться по окрестностям, и Вероника высказала свое удивление вслух. Мол, не метеориты же это. Мама засмеялась и объяснила, что нет, не метеориты. Камни имели земное, хотя и не менее удивительное происхождение — были последствием ледника, который проходил по этим местам много лет назад. Двигающиеся льды тащили за собой огромные камни и по мере таяния оставляли их на своем пути, как вехи. Вот таким валуном, такой исторической вехой и был Василий Васильевич.

Анна Петровна казалась мягким, поспевающим в кадушке тестом. Она была такая же пышная, мягкая, дышащая, ароматная и уютная. А ее подруга Ольга Прокопьевна — копной колючей соломы, точно такой же, как та, что была смётана во дворе ее дома. Корову она, в отличие от Анны Петровны, не держала — только поросят, но сена запасала с избытком, и из наметанного стога торчали вилы, как памятник сельскому труду.

Светлана Капитоновна с ее быстрой журчащей речью была похожа на густой мед, потерявшая мужа Ирина Сергеевна — на горькую полынь, а вездесущий деревенский мальчик Гришка — на приставучий репейник, который как вопьется в волосы, так не оторвать.

Все эти мысли блуждали в Вероникиной голове, когда она сидела за столом в беседке Юли Асмоловой и рассеянно поглаживала шелковистую шерстку Жужи, которая словно чувствовала настроение девушки и стремилась ее утешить, то и дело пытаясь лизнуть.

В беседку переместились из дома, чтобы на воздухе пообедать, выпить чаю и решить, что делать дальше. Василий Васильевич настаивал на том, что нужно срочно переговорить с Виктором Бекетовым.

— Сердцем чую, он и есть тот преступник, которого мы ищем! Неспроста он здесь появился, точно неспроста! — горячился он. — Вот и мама ее, — он ткнул узловатым пальцем в Веронику, — правильно говорит: двойное дно у парнишки, ой, двойное! Конечно, личность мамы твоей тоже бы проверить надобно, — он снова пригрозил Веронике пальцем, — но это-то терпит. Она отсюда никуда деться не может, покуда ты тут, с нами. А вот парень этот… Уедет в свою Москву — и ищи-свищи ветра в поле!

— Так и пусть уедет, — подала голос Юля.