Кофе, кот, мужчины и я

— Почему?

— Когда после двадцати лет брака люди способны вот так обсуждать свои проблемы, это значит, что у них все хорошо. Что они благополучно перешагнули тот период, когда секс теряет остроту. Они уже больше партнеры, чем любовники.

— Хм… интересный поворот. А ты был женат? — я покосилась на его руку без кольца.

— Был. Почти десять лет.

— А сколько тебе? — вопрос буквально напрашивался, потому что бармалейская борода, как и Юркина бритая башка, смазывала возраст.

— Тридцать пять.

— И дети есть?

— Дочь в первый класс пошла. Правда, видимся редко, она в Москве живет. Больше по скайпу общаемся. Ну и приезжаю по возможности. Учился в Москве, женился, решили жить в Питере. Но жена здесь не прижилась. Как развелись, вернулась домой.

— И что? Не вы перешагнули?

Это, конечно, было малость бестактно, но он сам озвучил данный аспект.

— Видимо, нет, — ответил Степан спокойно, как будто обсуждать свою интимную жизнь с малознакомым человеком было самым обычным делом. — Рано или поздно все к этому приходят. А вот принять могут далеко не все. Кажется, что так быть не должно. А если вдруг случилось, значит, любовь прошла, нет смысла дальше эту лямку тянуть. Надо пойти поискать кого-то другого. С кем снова будет пожар и экстаз. Причем в сфере искусства это такое повсеместное. Мол, у творца должна душа гореть, иначе вдохновения нет.

— Душа? — переспросила я. — Или другое место?

— Душа у человека может в любом месте жить. В отличие от духа. Это не одно и то же.

Я поняла, что сейчас мы уйдем в дебри. Это, конечно, было интересно, но не совсем подходяще для первого свидания. Поэтому поспешила вернуться на грешную землю.

— Степан, а ты что заканчивал?

— ГИТИС, — он усмехнулся в бороду. — Поступал на режиссуру драмы, год отучился, понял, что не жужжит. Перешел на сценографию. Вот это мое. По диплому художник-постановщик, но сейчас больше занимаюсь декорациями и реквизитом.

Я оставила при себе мнение о его работе. Возможно, от него требуют вписываться в определенную концепцию. Или, может, я просто заточена под другие паттерны. Но в любом случае художник художника всегда поймет, даже если взгляды на искусство у них диаметрально противоположны.

А еще выяснилось, что мы жили в одном районе и учились в одной и той же художке. Хотя и в разное время, конечно. Казалось бы, мелочи, но из них как раз и складывается возможность взаимопонимания. А может, и чего-то большего.

Глава 23

— Все ясно, — тяжело вздохнула Лида. Так тяжело, что телефон зафонил. — И Бармалей тоже мимо.

— Почему мимо? — возразила я. — Очень мило пообщались.

— Вот именно что мило пообщались. Но ты не схватила его за бороду и не потащила в койку. Или он тебя.

— Меня за бороду?

— Да хоть за что. Факт, что никто никого никуда не потащил.