Кое-что о тебе (ЛП)

– Тяжелая выдалась ночка – вам, наверное, не захочется оставаться одной.

Паллас наблюдал, как хозяйка дома вынула ключи из замка, вставила их обратно и с недоумением воззрилась на уже открытую дверь.

– Да-а… По-моему, вам точно пока не следует оставаться одной.

Несмотря на то, что мисс Линд еще не совсем пришла в себя, она без особых усилий враждебно зыркнула на агента, пробормотала:

– Я позвоню Колину, – шагнула в дом и захлопнула дверь прямо у Джека перед носом.

Значит, имеется некий Колин.

Паллас быстренько осмотрелся, чтобы убедиться, что дом выглядит надежно, затем вернулся к машине и забрался в салон.

– Ну? – вопросительно развел руками Уилкинс

– Ты уверен, что разумно оставить свидетельницу здесь одну?

– Она собирается позвонить Колину.

– Какое облегчение. Кто такой Колин?

– Понятия не имею, – пожал плечами Джек. – Все, что я знаю: мисс Линд теперь его забота, не моя.

– Собирался выразиться порезче, но, должно быть, потерял форму. Долгая выдалась ночь, – обронил Паллас. – Не забудь по дороге про кофе.

Трогая с места, Уилкинс ухмыльнулся:

– Знаешь, Джек, мне кажется, я многому у тебя научусь.

Паллас не был уверен, к чему клонит напарник, хотя его слова, конечно, были правдой.

– Ты всегда говоришь начистоту – я такую черту уважаю. Уверен, ты тоже уважаешь откровенность в других людях.

Ага, вот откуда ножки растут…

– Давай уже, выкладывай, что ты там собираешься сказать.

Уилкинс остановил машину на перекрестке.

– Ваши проблемы с мисс Линд – твое личное дело. Я просто хочу услышать, что эти проблемы не скажутся на нашем расследовании.

– Вот и хорошо. А еще лично мне на заметку – ты намерен впадать в раздражительность и бессловесность всякий раз, как упомянут ее имя?

Джек молча уставился на напарника.

– Я что, перегнул палку? – ухмыльнулся тот.

– Обычная ошибка новичка. Одним вопросом больше, чем надо.

– Буду работать над собой.

– Смотри уж, старайся, – Джек отвернулся и выглянул в окно, наслаждаясь знакомым пейзажем, которого не видел с тех пор, как три года тому назад уехал из Чикаго. Немного погодя он нарушил молчание: – И еще: не вздумай больше распинаться перед свидетелями о моей набыченности. Портишь эффект.

– Так ты делаешь это намеренно?

– О, свое умение бычиться я совершенствовал долгие годы.

Уилкинс с удивлением оторвал взгляд от проезжей части:

– Неужели это была шутка?

– Нет. И смотри на дорогу, салага. А то я страшно разозлюсь, если ты разобьешь машину прежде, чем доберемся до кофе. 

– Поверить не могу, что ты не позвонила из гостиницы никому из нас!

Судя по тону, Колин колебался между тревогой за подругу в свете событий минувшей ночи и досадой, что впервые услышал о них только сейчас.