Код возвращения

Однако в доверительных беседах с контрагентами любили подчеркивать, что долги «Консорциуму» возвращают исправней, чем Центробанку. В подтверждение этому приводили реальный факт: Заир признал невозможным выплатить в двадцатом веке тридцатипятимиллионный кредит России, а двадцатимиллионный кредит «Консорциуму» возвратил исправно!

На естественный вопрос: «Почему?» — с улыбкой отвечали: «Да потому, что нам отдать приказ о ядерном ударе гораздо проще, чем официальным властным структурам. И гарантия исполнения будет стопроцентной!»

Наверное, в этом утверждении была известная доля преувеличения, но степени этого преувеличения не знал никто, а потому с фирмой старались не связываться. В своей деятельности «Консорциум» не оглядывался на рамки закона, а потому действовал эффективно. В наши дни угроза арбитражного иска не идет ни в какое сравнение с угрозой получить пулю в голову, поэтому второй метод оказывается гораздо результативней. А специалисты фирмы могли выполнять самую различную работу, в том числе и не совсем традиционную.

Потому отсвечивающий тетраэдр «Консорциума» возвышался над Москвой значительно и непоколебимо. Летом солнце преодолевало солнцезащитную тонировку и пробивалось внутрь, освещая мрачноватые кабинеты и заставляя кондиционеры трудиться на полную мощность. Сейчас тонировка полностью выполняла свое назначение и солнечными зайчиками отражала световые лучи, поэтому в огромном кабинете бывшего ответственного работника ЦК КПСС, а ныне председателя совета учредителей Горемыкина была включена не только люстра, но и многочисленные галогеновые лампочки, укрытые в обшивке потолка.

Обстановка в кабинете была настолько наэлектризованной, что вспыхивающие разряды то и дело вырывались наружу, смешиваясь с отблесками солнечных лучей. Громы и молнии метал сам хозяин кабинета, а мишенями были начальник службы безопасности «Консорциума» Каймаченко и четыре его заместителя."

"— Провалы следуют один за другим, и началось это давно, с момента гибели Куракина! Он погиб на посту, его взорвали в микроавтобусе с несколькими сотрудниками, и с тех пор вся работа пошла насмарку!

Петр Георгиевич Горемыкин грохнул по столу своим мясистым, с отечными пальцами кулаком, приведя в мелкие колебательные движения многочисленные предметы, размещенные в его офисном наборе. Скрепки, карандаши, ручки, линейка, миниатюрный степлер — все это зазвенело и задребезжало, и даже этот слабенький звук был слышен в гробовой тишине наступившей паузы.

Глаза каждого из сильных, коротко стриженных и, уверенных в себе мужчин были устремлены в пол, покрытый огромным ковром по давно ушедшей моде шестидесятых-семидесятых годов.