Жена князя Луны

– Каэль наверху?

Госпожа Льефф улыбнулась, кивнула и, поддавшись игривому настроению, шепнула:

– Ей нужна компания. Поддержка, все дела. Не могу сказать почему, но оставлять ее одну нельзя. Вот только меня она уже раскусила и выгнала.

Целитель понятливо кивнул и ушел в дом, а Арфель скрестила пальцы. Ричард, в ее понимании, был похож на того, кто способен вернуть подруге веру в мужчин.

""Хотя зачем ей вера в мужчин? Достаточно веры в одного конкретного целителя. Если моя жизнь накрылась узами ша-раарти, это не значит, что Каэль должна ломать себя и оставаться со мной в Сером Доле"".

Выйдя за ограду, Арфель запретила себе оглядываться. Ещё не хватало начать таиться от нид Энтана. Она должна быть сильной, смелой и решительной! Чуть сбавив шаг, травница задумалась: смелость и решительность – это синонимы или нет? Решительность – это способность быстро принимать решения. Но кто гарантирует, что решительный человек будет придерживаться собственных решений? А вот смелость… Это чувство вроде как постоянное. Или нет?

""Нет, они не синонимы"", – решила она в итоге. Правда, обосновать это решение не смогла даже самой себе. Не потому, что это было так сложно, а потому, что голова была забита совершенно другими вещами. И даже обладай она запредельной решительностью и беспрецедентной смелостью – это мало что бы изменило.

""Хотя, может, я и не права, – подумала вдруг Арфель. – Каэль ведь взяла себя в руки и не сдалась. Ее жизнь не мед, но и совсем уж несчастной ее назвать нельзя"".

Госпожа уверенно свернула к крошечному старому саду. Это было самое уединённое место в Ондиниума. Во-первых, яблони давно одичали (или вообще изначально выросли горько-кислыми), а во-вторых, несмотря на кажущуюся густоту кроны, там все равно нельзя было спрятаться вдвоем – так что влюбленные пары проходили мимо. Ну а детей отвадила живущая неподалеку женщина. За скверный нрав ее прозвали ведьмой, хоть магии в ней не было ни капли.

Расчет Арфель оправдался: как только она присела на поваленный яблоневый ствол, перед ней появилась белая лохматая троица. Чтобы не мучиться, она назвала их Старший, Средний и Младший. Не вслух, конечно.

– Продолжим? – спросила она и нервно стиснула пальцы. – Вы способны говорить?

Старший вновь подошёл к ней первым и вновь ткнулся мордой в живот. Ну, учитывая, что Арфель сидела, то он просто положил тяжёлую башку ей на колени. И тяжело вздохнул. В этот же момент травницу окутал свежий запах леса: поспевающие ягоды, мох, хвоя и хрустальная нотка юркого родника.

– Я люблю лес, – спокойно сказала госпожа Льефф. – И знакома с его ароматами. Не все они столь приятны, кстати.

Ответом ей стал шум ветвей и вой ветра.

–Я. Не. Понимаю, – сквозь зубы процедила Арфель и осеклась.

В вое ветра вдруг почудился смысл.