Яромира. Украденная княжна

В спины им доносились взволнованные голоса жителей общины. Вторя взрослым, от испуга захныкала детвора.

— Ты куда пошел? — Чеслава оглянулась и увидела, что за ними под шумок увязался княжич. — Отец уши надерет.

— А ты ему не говори, — мальчишка сверкнул дерзкой улыбкой, и воительница покачала головой.

Они дошли до обрыва, внизу которого протекала река и росла небольшая дубовая рощица. С того места до чужих земель оставалось меньше одного полета стрелы: спуститься к берегу да перейти по шаткому мосту, и окажутся они в маленьком Велеградском княжестве. Все вокруг было как на ладони: они видели и густые леса, и убранные к зиме поля, и низины, и холмы, и даже болотце где-то вдалеке. А еще высоченный столп густого, сизого дыма. В вечерней тишине крики людей разносились далеко-далеко, на много полетов стрел, и потому те, кто стояли на холме, их хорошо слышали.

Одно с другим сопоставить было нетрудно. Огромный столп черного дыма, что взвивался в небесную высь; крики людей; всадники с двузубцами Рюрика; небольшое Велеградское княжество, неспособное выставить рать…"

"Кмети зашумели, переговариваясь. Чеслава и сама поймала себя на том, что почти вытащила из ножен меч.

Она покосилась на князя: с застывшим лицом тот стоял впереди всех на шаг и, уперев ладони в бока, глядел прямо перед собой. На черный густой дым. Горели избы и клети, горели овины с убранным зерном, горели люди…

Протиснувшись вперед, в нескольких шагах от отца застыл и княжич. Широко распахнув глаза, он всматривался то в смурные лица гридней, то в далекий пожар.

— Это не наша земля, — Ярослав, наконец, отвернулся и оглядел собравшихся на холме гридней. — Нечего попусту стоять.

И, пройдя мимо расступившихся дружинников, направился обратно к избам. На лицах кметей Чеслава увидала отражение собственной растерянности. Они смотрели князю вслед, но никто не решался заговорить. Первым сказать то, что лежало у всех на душе.

— Княже, — воительница шагнула вперед, все еще держа ладонь на рукояти меча. — Там же люди…

— Не мои люди, — сурово отрезал Ярослав, даже не остановившись.

— Но…

— Чеслава! — князь повернулся к ним и пригвоздил воительницу к месту суровым взглядом. — Позабыл я что-то. Разве спрашивал я твоего совета?

Насупившись, она чуть опустила голову и подалась плечами вперед.

— Ты не спрашивал, господин, — мрачно отозвалась Чеслава в звенящей тишине.

— Еще кто-то чает мне что-то сказать? — глядя поверх ее головы на столпившуюся позади дружину, спросил князь.

Молчание послужило ему ответом, и Ярослав невесело усмехнулся.

— Выступаем засветло, до восхода, — велел он и ушел прочь.

Проходя мимо Чеславы, кмети неловко что-то бормотали, пытаясь не то успокоить, не то утешить.