Яромира. Украденная княжна

Невольно она высматривала ту, которая могла быть женой Харальда, но не находила. На берегу было множество детей, но никто из них не бежал к конунгу, раскинув руки. Никто не называл его отцом.

Когда на берег ступил Ивар, к ним подошла прежде незамеченная Яромирой девушка. Высокая, статная, красивая. С сияющими глазами и двумя косами, короной уложенными на затылке. Она не отводила от Харальда взгляда, а он же, напрочь, смотрел на нее редко.

Приветственный шум на берегу стал гораздо тише, когда вдали показался второй корабль. Конунг не велел менять на нем паруса, и потому каждый узнал в них знаки и цвета, которые носил Трувор, брат Рюрика.

Радостные крики превратились в рассеянный, тревожный шепот. Люди ведали, что последует дальше. Что принесет им противостояние с Трувором. Кровь и смерть.

Поначалу на Яромиру никто и не обратил внимания: так сильно всех захватил корабль с парусами Трувора. Но когда она сошла на берег, на нее начали поглядывать. Подозрительно, недовольно щуря глаза; кривя в презрительной усмешке губы; оценивая, хороша ли новая рабыня…

Харальд пресек все в одно мгновение.

Он подошел к Яромире и сделал то, чего прежде не делал: накрыл ладонью ее плечо и чуть сжал.

— Дроттнинг Ярлфрид, дочь конунга Ярислейва из Альдейгьюборги, — моя гостья. Относитесь к ней с почтением.

Злых взглядов после его слов меньше не стало, а вот любопытных — прибавилось.

— Тюра, позаботься о моей гостье! — вновь заговорил Харальд, и вперед ступила женщина, в которой Яромира верно угадала его сестру.

— Следуй за мной, дроттнинг, — прохладным голосом велела Тюра, и княжна, подавив вздох, послушно направилась за ней.

Все отличалось от того, как было дома. Север — суровый, холодный край, и люди, жившие на этой мерзлой земли, были такими же. Куда бы ни падал взгляд, Яромира не видела ни одного высокого дерева: лишь низкие, жесткие кусты, уже давно сбросившие мелкую листву к осени. А на Ладоге все только-только окрасилось в багряные и золотистые цвета…

Одежда что у мужчин, что у женщин была добротной и прочной, пошитой из грубых полотнищ, жесткой кожи и меха. Краски — совсем тусклые — сливались с мрачной серостью вокруг. У каждой женщины на поясе висел длинный кинжал, у многих она заметила мечи. Вместо понев и рубах они носили длинные, свободного кроя платья немарких цветов. Грязно-зеленые, темно-синие, бурые…

Следом за Тюрой Яромира поднялась по холму и прошла мимо нескольких невысоких построек, напоминавших привычные избы, но чем-то неуловимо отличавшихся.

Наконец, женщина остановилась перед вытянутым, продолговатым строением, довольно широким и с высокой крышей, покрытой соломой и дерном. Стены были сложены из бревен, а у основания обмазаны плотным слоем глины.

— Это Длинный Дом, — сказала Тюра, обернувшись.