Княжий посол

– Одевайся быстрее, поедешь с нами, – и указал на сложенные чистые рубаху со штанами.

Молодцов, расстроенный, быстро запихал в рот несколько кусочков мяса, хлеба и фруктов, раскутался из полотенец и облачился в казенную одежду. По крайней мере, она была чистой и приятно пахла.

Надо сказать, что стражники обходились с ним достаточно деликатно: не подкалывали, не толкали, молча сопроводили его до кареты, двое стражников сели с Данилой, и связка лошадей тронулась. Куда ехали, видно не было: окна были плотно зашторены. Молодцов лишь заметил, что солнце высоко взошло и даже перевалило за полдень. Карета несколько раз останавливалась, за ней следовал скрип воротных петель. Сопровождающие Данилы безмолвствовали, но твердые взгляды и шрамы на лицах говорили лучше всяких слов. На этих Молодцов даже с мечом рыпаться не решился бы, а уж с пустыми руками…"

"Наконец карета остановилась, обережника вывели во двор роскошного особняка, не уступающего в роскоши Преславскому дворцу, всюду зелень, цветы и деревья, несколько фонтанов с позолоченными фигурами, парочка павлинов, надменно прошествовавшая перед конвоем. Воины на птиц не обратили никакого внимания, едва на хвост не наступили зазнавшимся птицам, провели Данилу на верхний, четвертый этаж особняка, оставили в небольшой комнате, где уже были приготовлены кровать и небольшой ужин. Окна из комнаты выходили на задний двор, тоже представляющий собой несколько аллей, а взгляд упирался прямо в крепостную стену, которая ограждала эту усадьбу, на которой бдили охранники. Об этом догадался Данила по темным силуэтам, изредка мелькающим в темноте. По бокам от его окна уже зажгли два факела, а внизу стена была абсолютно гладкая. Все понятно: спуститься без каких-либо приспособлений нет никакой возможности, а пробовать спускать канат все равно, что крикнуть охране: «Эй, дебилы, стреляйте в меня!»

Хотя, по-честному признать, все могло быть гораздо хуже. Надо сказать спасибо Самуилу за такую комфортную тюрьму. Данила ее еще раз обследовал, не нашел никаких потайных дверей или слуховых окон, ну или просто не сумел их найти, сел на холодные простыни перины. В любой момент они могут смениться на деревянную шконку в лучшем случае. По идее, надо было продумывать легенду, рассматривать варианты событий, словом, работать головой, но после всего пережитого так хотелось просто поверить в гостеприимство Самуила, что его после зимы с купцами отправят в Киев, и там он встретит друзей, и Воислав приложит все усилия, чтобы Владимир заключил мир с Булгарией, а там, возможно, и крестил Русь. Эх, все это слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Данила прислушался: за дверью раздались шаги, сначала приближающиеся, потом удаляющиеся – смена караула.