Княжий человек

Кузнец порылся в мешке, бросил руду в горн, затем что-то взял со стены и долго стоял лицом к пламени, бурча себе под нос, неожиданно развернулся:

– Ты мне должен за него что-то дать. Немного, серебряный грош какой.

Данила послушно развязал кошелёк, вынул оттуда маленький комочек серебра, отдал Вакуле.

– На, бери, теперь он твой.

Молодцов не сразу разглядел, что ему протягивает кузнец. Только у себя в руках он понял – это ножны, деревянные, короткие, сантиметров тридцать, для ножа, скорее всего."

"– Носи его, на нём моё клеймо. Слава, которую добудешь с ним, станет и моей!

Данила запоздало сообразил и ответил велеречивой благодарностью. Хороший нож всегда пригодится, тем более стоил он гораздо меньше, чем за него отдали.

– Ну а теперь пошли, горло промочим, живот набьём, – кузнец приобнял обережника за плечо и вывел наружу.

– Ой, живот я уже набил твоими угощениями, спасибо тебе. Можно я ещё немного погуляю, отдышусь?

– Понимаю, – многозначительно подмигнул Вакула, водрузил камень обратно на место и отправился в дом.

А Данила с наслаждением вдохнул прохладный ночной воздух. Лето действительно наступало отличное. «Будто приближается что-то», – осознал внутри себя странное предчувствие Молодцов. Но вот что именно, он не мог объяснить, наверное, что-то хорошее.

Данила развязал пояс, чтобы облегчиться, и внезапно услышал рядом хихиканье.

– Да что такое, – пробурчал он, завязывая штаны.

Некто прятался за собачьей будкой, впрочем, нетрудно было догадаться, кто именно, раз пёс размером с телёнка на неё никак не реагировал.

– Ты чего там прячешься? А ну выходи!

Снова хихиканье:

– А ты чего испугался? Делай, что хотел… Или меня застеснялся?

– Ты как со старшими разговариваешь? А ну, быстро иди сюда, а то выпорю, и Вакуле отдам – пусть он тебя поучит, как вести себя надо с гостями.

Из-за будки появилась щуплая фигурка, обиженно фыркнула:

– Сразу ругаться… Чего я тебе сделала? Как будто не знаю, чего там у вас есть, – с ходу заявила Наська.

– Не о том речь, – оборвал её Данила. – Я помню тебя, ты та, что помогла мне тогда у речки, не испугалась.

– Вспомнил, значит?

– Да. Помогла-то почему?

– Не знаю. Показалось, ты человек. Пропасть ведь мог. Жалко.

Какие слова! Редко их тут Молодцов слышал.

– И не испугалась?

– Неа, а чего тебя бояться, ты слабый. На четвереньках едва стоял, а потом и вовсе на бревно повалился.

– Ну, я-то потом поднялся, дети разбежались, а ты вернулась и указала путь. За что тебе спасибо.

Данила взял девичью ладошку и вложил в неё комочек серебра, существенно больший, чем тот, который отдал Вакуле за нож.

– Спасибо, – отблагодарила Наська, смутившись, чего и не думала делать, подглядывая за мужчиной.

– Так ответь, почему ты мне помогла?

– Я же сказала – не знаю.