Князь Тьмы и я

 – Начинают со сказок – «Красавица и чудовище», первый шаг формирования нужного психологического восприятия ситуации. Избранных леди учат любить мужчину не за внешность. Постулат «внутренняя красота истинна, внешняя не имеет значения» вбивается сразу. Второй этап – предназначение. Тех, кто впитал в себя первый этап, подводят ко второму – им внушается постулат об избранности, об уникальности, о необычности, и, раз уж она такая избранная, то ее путь служение князю, ее предназначение – служение князю, ее единственная жизненная цель – служение князю.

Навьен достал телефон, отправил сообщение кому-то, и посмотрев на меня, добавил:

– И… избранницы ничего не знают о сексе.

Ну… я все так же потрясенно сидела."

"– Прекрасные, возвышенные, уже по уши влюбленные в князя, – усмешка на губах, которые редко трогала улыбка. – Каиль, продемонстрируй кто-нибудь леди Малисент видео преображения князя – она едва ли испугалась бы, в отличие от тебя. Ее подготовили, причем основательно подготовили, к тому, чем может стать Даркан ночью, но удар был основательно выверен – ей продемонстрировали, что князь полный ублюдок внутренне.

Наверное, мне стоило впечатлиться, и промолчать, но само сорвалось:

– А это не так?

Навьен посмотрел мне в глаза, скрипнул зубами, и хрипло ответил:

– Нет.

Теперь отвернулась я.

Несколько секунд смотрела в окно, затем, ощущая взгляд тысячника на себе, сказала:

– И восемь его жен, получается, просто чисто случайно ушли из жизни, да?

Услышав, как он хмыкнул, я посмотрела на вампира, и вот тогда Навьен сообщил, глядя мне в глаза:

– У его отца было восемь жен, Каиль. У нынешнего князя – ты первая собственно жена.

И после этих слов Навьен снова посмотрел в окно, игнорируя мой потрясенный взгляд.

– Чувствую себя последней подлой мразью, – едва слышно произнес он.

– Почему? – я уже догадывалась, какой ответ услышу, и все равно спросила.

Несколько секунд молчания, и сказанное с ненавистью:

– Князь влюблен в тебя. Это было заметно еще в полицейском участке, это стало явным, когда он женился на тебе, и все дальнейшее лишь подтверждает… выводы.

Пауза, и сказанное почти спокойно, почти, потому что за показным спокойствием, кажется грохотал гром и разрывали душу молнии:

– Чем ты его зацепила? Как? Почему настолько сильно? Каким образом вы вообще познакомились?!

Вампир резко повернув голову, посмотрел на меня, почти с ненавистью.

– Я, – судорожно сглотнула, – я попутку ловила.

У Навьена медленно приподнялась левая бровь.

И под его неодобрительным взглядом, я почувствовала себя вконец дурой. Наверное, потому, что и сама понимала – глупый был поступок.