Князь Путивльский. Том 1

Переговоры будем вести завтра, во время торжественного приема.

Насытившись, гости заторопились в гостевой терем. Я пошел проводить их до крыльца своего терема и заметил, что бояре не оставляли меня и епископа наедине, а монахи всегда были рядом, стоило мне заговорить с любым боярином. Значит, бояре будут представлять на переговорах свое сословие, а епископ — все остальные. Обе части делегации следили, чтобы другая не вступила со мной в тайный сговор. На этом можно будет поиграть.

Я поднимался по лестнице к своему покою, когда меня догнал монах Илья:

— Извини, княже, что беспокою. Епископ Порфирий поручил мне передать тебе в дар этот крест, изготовленный и освященный на Афоне, — он вручил мне простенький кипарисовый крестик на черном шелковом гайтане, — и научить тебя молитве, с которой надо обращаться к нему.

Насколько я знаю, молитва любая подойдет. Значит, вернулся он по другой причине.

— Пойдем ко мне в кабинет, научишь, — пригласил я.

Савка зажег для нас три свечи на бронзовом подсвечнике, принес два серебряных кубка и кувшин с вином. Он лучше меня знал, что надо подать в данный момент. Мне оставалось только соглашаться с ним. Слуга — это твое отображение на обратной стороне зеркала.

— Это ты, Савка? — узнал его монах.

— Да, святой отец, — ответил юноша.

— Не сразу тебя признал, — сказал Илья. — Ты повзрослел и раздобрел.

Мой слуга, действительно, начал стремительно набирать вес, даже не смотря на то, что еще растет.

— Князь заботится обо мне, — признался Савка.

Никак не отучу его холуйничать. Когда мы одни, ведет себя нормально, а при посторонних сразу начинает лизать.

— Иди сырники доешь, пока не убрали, — посоветовал ему.

Появилась у него привычка подслушивать под дверью, никак не отучу.

Савка сразу побежал в гридницу. Любопытство подождет, а сырники с медом — нет.

— Епископ хочет, чтобы я занял Черниговский стол? — начал я, потому что не хотел тратить время на выслушивание вступительной речи.

— Он был бы не против, — ответил уклончиво монах Илья. — И не только он.

— Зато против будут бояре. Они знают, что с ними быстро разделаюсь, — сказал я.

— Ты прав, княже, так они и думают, — подтвердил Илья. — Но против князя не пойдут. Дружина и простой люд их не поддержат.

— В открытую не пойдут, — согласился я. — Есть много тайных способов убрать неугодного человека. Впрочем, дело даже не в этом."

"Я не стал говорить ему, что моего имени нет среди черниговских князей. Насколько помню, в эту эпоху был всего один влиятельный русский князь по имени Александр, которого скоро назовут Невским. Следовательно, не было смысла соваться в Чернигов. По какой-нибудь причине не удастся мне стать Великим князем.

— По новому порядку владеть Черниговом должен Михаил Всеволодович, — продолжил я.