Князь Путивльский. Том 1

Некоторые пользовались степными пиками."

"— Раздай луки нашим и новгородцам, — приказал я Мончуку. — Скоро нам каждый лучник потребуется.

— С ранеными разберусь и раздам, — пообещал сотник.

— Большие потери? — спросил я.

— Восемь убитых и десятка два раненых, — ответил сотник. — Это и наших, и новгородцев.

— Выкопайте на берегу реки между деревьями братскую могилу и сложите в нее убитых, но только присыпьте землей, чтобы было куда других положить, — приказал я. — И обед пусть готовят. Забейте пару раненых лошадей.

На лице моего заместителя было написано, что сейчас не та ситуация, когда надо думать об обеде. Возражать он не стал. Я уже приучил своих дружинников, что приказы командира выполняются без обсуждений. В моем княжестве склонность к проведению веча была искоренена вместе с боярами.

Ко мне подошел Пров Нездинич и произнес со смесью удивления и горечи:

— А ведь побежали, как ты говорил! Кто бы мог подумать?! Такое большое войско собрали — и на тебе!

— Войско сильно не количеством, а выучкой и единым командованием. У нас было слишком много командиров и всякого сброда, поэтому имеем то, что имеем, — сказал я. — Вместе с племянником расставь своих людей возле кибиток, чтобы при следующем нападении знали свое место.

— Против такой силищи мы долго не продержимся, — произнес Пров.

— Если хочешь сдаться, иди, я никого не держу, — предложил ему.

— Нет, что ты! — замахал он испуганно рукой, словно обвиненный в трусости. — Что так, что так погибать. Уж лучше в бою.

— Если будем крепко стоять, может, и не погибнем, — сказал я. — Татарам после такой славной победы тоже не захочется умирать, а брать нас измором, терять время, вряд ли захотят.

— Дай-то бог! — пожелал Пров Нездинич, трижды перекрестившись.

Я почему-то вспомнил икону в шатре Мстислава Святославича. Успел он ее забрать? Шатер его стоял. Там уже хозяйничали монголы. Золотой оклад они заберут, а икону с покровителем князя выбросят, а то и на дрова пустят.

30

С вечера в монгольском лагере, разбитом вокруг холма, на котором засел Мстислав Романович Киевский со своей дружиной, началась пирушка. Монголы захватили много меда и вина, которые предназначались, в том числе, и для празднования победы над ними. Празднование состоялось, только повод поменялся на противоположный. Я слушал радостные крики и думал, что можно было бы ударить по монголам с двух сторон и перебить их. Только вот князь Киевский вряд ли рискнет. Поэтому и войдет в историю обманутым мучеником. Ему и другим князьям пообещают, что не прольют ни капли их крови, что отпустят за выкуп. Монголы положат сдавшихся русичей на землю, накроют досками и сядут на них пировать.