Князь Барятинский 7. Воины света

Она повернулась к Мишелю, но смотрела на него так же, как на Кристину — будто поверх головы.

— Глупые, самонадеянные дети! Что вы можете понимать во взрослых играх⁈

— Зачем тебе это? — прохрипела Кристина. — Я не понимаю… Ты — первая статс-дама Империи! Подруга самой Императрицы! У тебя и так есть всё, чего только можно пожелать! Почему… Как тебя купили⁈

Мария Петровна расхохоталась. Я понял, что её смех отдает безумием — тем, что слышал когда-то в голосе несчастной госпожи Ивановой.

— О, милая наивная девочка! В этом мире продаётся и покупается всё. Если что-то нельзя купить за деньги — этому чему-то можно назначить иную стоимость. Твой отец никогда не ценил меня так, как должно! Я, первая статс-дама Империи, была для него всего лишь любовницей! Одной из многих — в бесконечной череде женщин. Он никогда не предлагал мне обвенчаться. О том, что ты — его дочь, не знает никто, кроме Её Величества. И я сама молчу об этом вот уже семнадцать лет! Семнадцать лет я — лишь тень твоего отца. А ему наплевать на меня! Вот уже полгода он даже не смотрит в мою сторону.

— Неправда! — возмутилась Кристина. — Ты думаешь, я не знаю? Ты же сама его прогнала! Это было в твои именины, отец примчался к тебе сразу, как только сумел уйти со службы. Он, конечно, опоздал, но…

— Да, — Мария Петровна вскинула голову, — прогнала! Потому что я не в силах больше терпеть эту ложь!

— Давай поговорим с отцом. Я уверена, что он…

— Нет! — кинжал в руке сумасшедшей тётки сверкнул. — Поздно! Я уже добилась всего, чего хотела. Я уже — много выше, чем он!

— Я не верю, — упрямо пробормотала Кристина. — Не верю, что это сделала ты! Неужели ты правда способна меня убить?

— Не сомневайся, моя дорогая, — Мария Петровна улыбнулась. В голосе послышалась сладкая интонация Локонте — от которой даже мне стало не по себе. — Я давно переступила черту, за которой нет возврата… Где цесаревич⁈ — сумасшедшая повернулась ко мне. — Называй адрес, и я открою портал! Быстро — иначе она умрёт. А я займусь вторым заложником, — Мария Петровна кивнула на Мишеля.

— Поговори с отцом! — прохрипела Кристина. — Умоляю, поговори с ним!

— Нам не о чем разговаривать, — отрезала Алмазова. — Всё, чего я хочу теперь — увидеть, как этот негодяй упадёт к моим ногам.

— Упаду охотно, — раздался вдруг от окна знакомый низкий голос. — Хоть сию секунду — если это доставит вам удовольствие.

Плотные шторы, свисающие до самого пола, разошлись. Из-за них к нам шагнул Витман.

Я с облегчением выдохнул.

Попенял:

— А я уж вас заждался, Эрнест Михайлович. Решил, грешным делом, что не догадаетесь, где нас искать.

— Помилуйте, Константин Александрович, — Витман развёл руками. — Ну мы же не дети малые, в конце концов.