Книгоходцы особого назначения

— Он когда идет направо — песнь заводит, а налево — сказку говорит. Вот день и ночь ходит, и ходит, и ходит… — Каждое мое очередное слово было тише предыдущего. Последнее я вообще прошептала под пристальным взглядом главы школы.

— Ну, хорошо, допустим. И ладно еще кот! Это я хоть как-то могу понять. Но скажите, Кира, откуда у вас столь извращенные фантазии? Почему на дереве сидит русалка?

— Давайте я вам с самого начала расскажу? — попросила я, поняв, что иначе наш разговор так и будет похож на игру в слова. — У Лукоморья дуб зеленый…[3]

— Значит, песни и сказки, — произнес магистр Новард, как только я продекламировала стихотворение полностью. — Радует, что вы не создали витязей в столь ужасающем количестве. Только скажите мне, адептка, лужу вы с какой целью налили? Ведь теперь к дереву не подойти.

— А это случайно, она скоро высохнет… — заулыбалась я, поняв, что меня, кажется, не будут наказывать. И на всякий случай добавила: — Я так больше не буду!

— Мы так больше не будем, — прозвучала неожиданно сзади поддержка, и рядом со мной встал Ивар. К нему подтянулись Карел, Эварт, Юргис и все наши. Даже Тина с Лолой подошли. И с покаянным видом уставились на травку.

— Адепты, признайтесь! — с обреченностью спросил несчастный глава школы. — Ну зачем? С какой целью вы создали этот… это… этих…

— Ну магистр Новард! Для красоты конечно же! — воскликнула я. — Все для любимой школы! Вы только подумайте! И красиво, и экзотично, и редкость такая! Спорим, ни у одного местного учебного заведения нет такого чудесного разумного кота? Он будет приобщать нас к литературе. Знаете, сколько он всего помнит?!

Зверь важно кивнул, подтверждая мои слова.

— Магистр Кариборо, что скажете? — поинтересовался ректор.

— А мне нравится это животное, — снисходительно улыбнулась Аннушка. — Крайне занятный экземпляр, как я уже говорила. Думаю, мы найдем о чем с ним побеседовать.

Черный зверь еще не знал, что его ожидает, а потому довольно муркнул и прижмурился.

— Ну а насчет Золотовой… — не к добру вспомнила про меня жуткая фея, — я забираю ее себе.

— Ик! — Это я, если кто не понял.

Ректор поперхнулся воздухом, но не икнул. Ему по статусу не положено.

— Магистр Кариборо, я все понимаю, вы темная фея, — осторожно начал он, — но давайте не будем забывать: Золотова все-таки адептка ВШБ, а смертность в наших стенах не приветствуется.

— Выживет, — легко отмахнулась Аннушка.

У меня от лица отхлынула кровь, да и вообще вдруг захотелось упасть в обморок. Или под землю провалиться. Или исчезнуть куда-нибудь.

— Золотова! — повернулась ко мне преподавательница и окинула выразительным взглядом. Я от ужаса покачнулась и собралась-таки потерять сознание. — Раз в неделю будете приходить ко мне.