Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Но вскоре с востока пришла молодая империя, которая нанесла Храму Реагвира поражение; она держала все религии и храмы на коротком поводке, потому монахи не решались его использовать. Они ждали… – Она хрипло, влажно раскашлялась. – Простите, климат здесь не самый здоровый. – Сплюнула чем-то темным и липким. – Теперь меекханцы ушли, а культ Владыки Битв растет в силе. Есть нечто, что тянет людей к образу сражающегося безумца, что стоит против Мрака…

Младшая сеехийка что-то быстро затрещала. Старшая подняла голову и дернулась вперед:"

"– Даже не думай. Если они узнают, что тебе известна правда, найдут тебя и убьют, даже если им придется перевернуть весь город вверх ногами.

– An’no…

– Нет! Мне ты уже не поможешь… Он меня почти поймал. Меч…

Она успокоилась с явственным усилием:

– Не удивляйся, что я говорю на твоем языке, парень. Она тоже знает его лучше, чем хочет признать, а у меня нет ни времени, ни сил на то, чтобы повторять все дважды. Ты ошибаешься, если думаешь, что копия – всего лишь игрушка. Меч этот был создан для того, чтобы поглощать жизненную силу жертв и передавать ее своему владельцу. Жрецы нашли какой-то способ транслировать эту силу в копию. Однако они не осмелились сделать копию тех же размеров, поскольку могли бы начаться проблемы с контролем над силой Меча. Это непростые чары, копия должна быть точна до малейшей подробности, но тогда создается эдакий черпак-кувшин. Сила Меча передается к той ложной реликвии, что выставляется в храме. А оттуда – к верным. Жизненная сила обладает различными аспектами, но все они изменяются так, чтобы исцелять, лечить и помогать. Только вот…

– Чтобы наверху могли происходить чудеса, здесь должен кто-то умереть?

Она кивнула.

– Получается, пульсирующая сила Меча именно отсюда? – продолжил он.

На мгновение она казалась пойманной врасплох:

– Да. Мудрый парень. Поможешь мне?

Он не ответил, занятый тем, что отрывал кусок материи от рубахи. В несколько слоев обмотал руку и сжал ее в кулак. Чем бы ни был этот Меч, он не станет кормиться его кровью.

– Ты…

– Не болтай, – проворчал он, подходя ближе. – Я хочу увидеть эти оковы.

Из концов перекрестья вырастали черные цепи, кончающиеся плоскими наручниками. Каждая цепь – на семь звеньев, первые из которых вырастали прямиком из оружия. Кольца, охватывавшие запястья женщины, были тесными и, казалось, врастали в кожу.

Он потянулся к поясу и вынул одну из своих специальных бутылочек. На толстом зеленом стекле было вырезано несколько окрашенных в темный пурпур знаков.

Женщина взглянула на сосуд.

– Чары, – сказала она.

– Ну-у. Если бы не заклинание, содержимое этой бутылочки проело бы стекло за сто ударов сердца. Немногие из алхимиков сумеют сделать нечто подобное.